Я вернусь к тебе...

— А потом потерял навсегда… Когда началось восстание Ульдреда, Солона решила проявить героизм и отправилась к нему. Я последовал за ней, но угодил в ловушку демонов и не смог её спасти. Когда с Мором было покончено, я не желал оставаться служить в этом Круге, и меня отправили в Киркволл. Смешно… Приехал в Вольную Марку, чтобы начать жить заново, забыть Солону, а в итоге наткнулся на её кузину.

Эвелина в ответ только усмехнулась и задумалась.

— Ради чего ты мне это рассказал?

— Потому, что я тебе доверяю, — Каллен приблизился к Тревельян и положил руки на её плечи.

— Я не просто смог забыть своё прошлое, но и заполнить зияющую пустоту в своём сердце. Эвелина, я хочу, чтобы и ты, наконец, избавилась от призраков прошлого. Отпусти их.

Женщина внимательно смотрела на храмовника, но не проронила ни слова. Она понимала, чего он добивается. Он хотел, чтобы она открылась ему, доверилась так же, как и он. Эвелина видела, как нелегко было мужчине рассказывать о своей погибшей возлюбленной.

Их истории были чем-то схожи, и чародейке нужно лишь собраться с мыслями…

— Не всё было так безоблачно в Круге Оствика, как считают другие, — тихо начала Тревельян, опуская глаза. — Моя семья — уважаемые люди в городе. В Круге ко мне относились так же, а в свою очередь и я старалась не опозорить свой род. Училась усердно и не перечила храмовникам. Моя история похожа на твою, но я влюбилась в мага. Как и в любом другом Круге, наши отношения запрещались, и мы тщательно их ото всех скрывали.

Пока Айдену не захотелось большего… Он пожелал нормальной жизни, семью. Предлагал мне бежать с ним, но меня устраивала жизнь в Круге. Я считала, что лучше так, чем всю жизнь мотаться по заброшенным домам и пещерам, скрываясь от преследования, — женщина прикрыла глаза. — Я отказала ему, и Айден исчез. Сначала подумала, что он убежал без меня…

— И что было потом?

— Первый чародей узнал о нас, и, пытаясь спасти мою репутацию, обвинил Айдена в побеге и отправил на Усмирение.

Эвелина вновь замолчала, и Каллен не стал давить на чародейку. Он прекрасно знал, что нет хуже наказания, чем Усмирение того, кого любишь. Он не мог ничего добавить и просто обнял её.

— Это моя вина… — прошептала чародейка.

— Ни за что! Даже в Круге Киркволла магов, помышлявших сбежать, сначала отправляли в карцер. То, что сделал Первый чародей… Это только на его совести.

Женщина громко выдохнула и уткнулась храмовнику в грудь.