Песнь Ветров

Многие верят, что он проклят богами после того, что сотворил со своим братом. И, вероятно, случившееся с Тенью только подкрепило их догадки.— Ничего, — глухо отвечает Элазар. — Когда я выздоровлю, найду себе другую жену. Куда красивее его дочери и с куда более достойным придан...— Ты не выздоровеешь, ирри, — резко обрывает его Сендер, и Элазар впивается в него изумленным взглядом. — Несмотря на всё, что сделали тогда лекари, им удалось только отстрочить неизбежное. Сердце Жизни ослабло, Элазар.

И этот приступ лишь подтвердил их опасения. Ты умираешь, мальчик мой.Элазар смотрит на него, не в силах поверить в сказанное. Умирает? Глупость какая-то. Он прожил всего двадцать одно прохождение под светом Зрячего, еще ничего не успев, не совершив даже и части того, о чем грезил, не завоевал своей бессмертной славы, не вписал своё имя в историю… Элазар на несколько тэ прикрывает глаза, пытаясь осознать это, но не может. Он не умирает. Нет. Быть такого не может. Лекари его исцелили. Лекари сказали, что сердцу необходимо время.Всё не может так закончиться. Просто не может.— Но… — начинает Элазар, но обреченно замолкает.Он растерянно молчит, пытаясь собраться с разбегающимися мыслями, и Сендер терпеливо ждет.— Сколько? — спрашивает Элазар. — Сколько мне еще отпущено?— При правильном уходе три-четыре прохождения. Но ты должен понимать, ирри, что тебе требуется покой. Требуется надзор. Если боги смилоствуются, то ты проживешь дольше. Лекари и жрецы уверены, что отпущенный срок ты должен потратить на замаливание своих грехов. Возможно, Энтару пустит тебя в царство Тэрсе, если ты умилостивишь его гнев. Я отправил уже распоряжение в главный храм. Они готовы начать ритуалы завтра, с восходом…Замаливание своих грехов. Умилостивить гнев великого предка. Если боги смилоствуются… Элазар стискивает кулаки. Три-четыре прохождения, которые ему надлежит провести под зорким оком лекарей и жрецов. Нет. К Тэрсе такую жизнь! Он сын Эрда Сильного, наследник крови Энтару, и он не сдастся.— Нет, — и когда наместник изумленно приподнимает брови, Элазар продолжает. — Я не хочу, чтобы со мной нянчились, как с новорожденным. Я найду исцеление даже, если это займет всё оставшееся время. Я не сдамся! И уж точно не буду вымаливать прощения за свои грехи!— Но боги, Элазар…— К Тэрсе богов! — Элазар почти рычит от раздирающей его злости.