Три плюс одна

Фаня легла на свободный матрас, на другом Рита спала между Мироном и Аскером — она обнимала первого, второй похрапывал сзади, забросив на нее руку и ногу.

— Ночью прохладно, а одеял нет, — шепнула Фаня застывшему на пороге Нику. — Рита сказала, что джентльмены, если они джентльмены, обязаны не дать дамам погибнуть от холода. Ты меня не бросишь в беде?

Ник аккуратно пристроился у нее за спиной.

— Спасибо, — сказала Фаня.

— Ты меня тоже греешь, так что взаимно.

— Не за это. Сам знаешь за что.

Ник промолчал. На входе в палатку он уже корил себя за «слабость», сейчас живое тело в руках сулило быстрое счастье, колени упирались в широкие бедра, в районе паха елозило нечто мягкое и ненасытное.

«Спасибо» все расставило по местам. Ник — не Толик. Точка.

Глава 6. Купальники, плот и амбалы

Утро началось с того, что девчонки искали купальники. Вечером их оставили сушиться на палатках. От ругани покраснели бы грузчики, особенно доставалось парням — подозрения в первую очередь падали на них.

— Если сейчас же не вернете… — несся угрожающий голос Риты из-за палаток.

— Серьезно, отдавайте, пока мы добрые, — вторила Фаня, бродившая где-то рядом с Ритой, — или включу злопамятность на максимум, а фантазию выставлю на половину. Кто меня знает, поймет, что это больше, чем вынесет вменяемая особь, если имеет интерес остаться вменяемой.

Оленька чуть не плакала:

— Пошутили, и хватит. Ну, пожалуйста!

Она, видимо, основательно вложилась в эту деталь туалета и теперь в трансе поджаривалась на внутреннем огне.

— Может, ветром унесло? — успокаивал Бизончик.

— Смотрели везде, всю округу обошли!

— Тогда соседи утащили.

Нику показалось, что Бизончик в курсе, что произошло, или допускает некую возможность, влезать в которую не жаждет. Если так, то в деле однозначно замешан Толик.

Ник поглядел на соседей. Мирон спросонья тер глаза, Аскер разминался — крутимый ногами «велосипед» едва не сносил полог палатки.

— Соседи нас по дружбе едой завалили, — донесся голос Анфисы.

— Наверное, не просто так, — отозвался Бизончик.

— Не к вам, а к нам, — отбрила Фаня.

— Или чтобы туда, куда им надо, налегке идти, — деловито дополнила Рита.

— А по пути чужое прихватили, — не успокоился Бизончик, — в качестве компенсации. Чтобы, тысызыть, было, что вспомнить.

Всех заткнула Анфиса:

— Соседям будет, что вспомнить. За подарки я с ними расплатилась.

Над лагерем повисла тишина.

— Каждый думает в меру собственной распущенности.