Шепот

Он продолжал целовать ее, не желая останавливаться, игнорируя все попытки девушки оттолкнуть его. И вдруг, сам того не понимая, следопыт сменил страсть на нежность. Он ослабил хватку и просто наслаждался поцелуем с возлюбленной, но та, уловив момент, все же оттолкнула его от себя.— Бишоп, я не хочу причинять тебе вред, но если ты не уйдешь сейчас, я применю к тебе магию, — угрозы в голосе не получилось, так как Марла до сих пор вся дрожала.— Зачем ты это делаешь? — непонимающе, следопыт смотрел на аасимара.

В нем снова росла обида. — Ругаешь за то, что я такой бессердечный и тщеславный, но, тем не менее, не прогоняешь вон. То кнутом, то пряником… Зачем все эти игры?— Я никогда не играла с тобой, Бишоп. Мы друзья. Да, я хвалю тебя за добрые поступки, и ругаю за плохие. Просто хочу показать тебе, каким ты можешь быть героем…— Героем! — возмутился рейнджер. — Взялась меня перевоспитывать?! Ты, кажется, забыла, девочка, мое самое главное правило. Я сам себе хозяин!— Я не собираюсь тебя перевоспитывать. Что бы ни произошло с тобой в прошлом, в тебе есть добро, которое ты сам не хочешь показывать.— Добро? — усмехнулся Бишоп. — А с чего ты это взяла? Я вырезал свою родную деревню. Думаешь, лусканцы меня заставили? Они лишь предложили мне выбрать, и я выбрал.— Зачем? — изумилась Марла.Следопыт угрожающе навис над девушкой. Теперь в его глазах аасимар видела не страсть, а ненависть.— Да потому, что ни что и ни кто не подчинит меня! Даже ты, — прошипел Бишоп. Он заглянул в золотые глаза чародейки и незаметно вздохнул. Как раз к ней-то он был готов привязаться хоть на всю жизнь. Взять ее в охапку и броситься бежать, куда глаза глядят. От всех: Короля Теней, гитиянки и вездесущего паладина. Но его мечты вмиг развеялись, когда он вспомнил про Касавира, и глаза рейнджера вновь вспыхнули гневом. — Ты не привяжешь меня к себе!— Значит, именно такими методами ты соблазняешь женщин, что нравится тебе? Беря их силой? В таком случае, мне жаль тебя. Ты всегда будешь один, — Марла больше не боялась следопыта. Решила, будь, что будет, но она постоит за себя, и не будет щадить рейнджера.— А ты думаешь, что любовь твоего паладина тебя защитит? — усмехнулся Бишоп. — Ты, девочка, купилась на красивую упаковку и рекламный лозунг „Всех спасу и защищу“. Ох, как ты горько заблуждаешься насчет него… Твой паладин не способен любить.