Кузнечик

– Я вас не отпущу! Где я найду такого главбуха? Нет, даже и не думайте! Кстати, мы к вашему юбилею уже готовимся. Думаем, какой подарок вам сделать. А я решил у вас спросить. Вы-то что хотите? Может быть, пожелания есть? В разумных, естественно, пределах, но и не стесняйтесь. Чтобы вам из КБ уйти не хотелось, мы готовы потратиться. Ну, признавайтесь, о чем мечтаете?

Михаил Иванович серьезно, и немного печально взглянул на Генерального, потупился, и опустил глаза вниз. Помолчав, он снова, но уже твердо посмотрел в глаза начальнику, и решительно сказал:

– Есть у меня мечта, Игорь Петрович! Есть! И только от вас, будем говорить, зависит, исполнится она, или нет.

По гроб жизни вам буду благодарен, если исполните!

– Господи, Михаил Иванович, вы меня просто пугаете! – немного нервно ответил Генеральный. – Что у вас за мечта такая? Выкладывайте! Чем смогу, – помогу!

Павловский снова замялся, но, решившись, горячо, и немного сумбурно, заговорил:

– Игорь Петрович, вы же знаете, что большинство деловых бумаг проходит через меня.

Конечно, я понимаю, что поступаю неэтично, но я любопытен. И не только по долгу службы. И вот, накапливая факты, я, где догадался, где домыслил, но понял, что в КБ прошли испытания четырех пар индивидуальных крыльев. Поскольку испытания прошли успешно, я это говорю на основании приказа о премировании двух испытателей от семнадцатого мая сего года, они полностью готовы к эксплуатации. Не знаю, отданы ли они в производство, но я прошу одну пару у вас. Как поощрение, будем говорить.

– Михаил Иванович, да вы с ума сошли. Во-первых, это секретная разработка. Вы и знать-то ничего не должны. У вас, конечно, допуск есть, но не к таким секретам. Во-вторых… Зачем они вам?

– Эх, Игорь Петрович! Я понимаю! Смешно, конечно! Но, ничего с собой поделать не могу. Как мальчишкой мечтал о крыльях, так до сих пор мечтаю. Представляете, мне ночью часто снится, что я парю над землей. Вы меня понимаете? Это мечта всей моей жизни, будем говорить! Не откажите!

– Ну, не знаю.

Нетрудно, конечно, изготовить еще пару. Да и себестоимость там…

– Тридцать две тысячи двести восемьдесят два рубля сорок копеек.

– Вот именно! Но, Михаил Иванович! Где же вы на них летать-то будете? Это ведь когда их рассекретят!

– Не знаю. Может в поле где-нибудь за городом? Где людей нет. Ну, ведь испытывали их не в ангаре же? Тоже кто-то, наверняка видел, будем говорить? Я думаю, что ничего страшного. Подумают на НЛО. Да я и не буду часто летать.