Кузнечик

Павловский торопливо привел себя в порядок, одел спортивный костюм и кроссовки. Ключи от машины нашлись в кармане пиджака. Осторожно шагая, стараясь не разбудить жену, Михаил Иванович прошел в гараж, и, открыв ворота, выгнал свою Хонду за ограду. Полусобранные крылья протянулись через весь салон, но вождению они не мешали. Автомобиль, как всегда легко, полетел по шоссе к выезду из города. На знакомом перекрестке Павловский повернул на грунтовку, и через лес вскоре выехал на одному ему известную поляну, которую он обнаружил, собирая грибы.

Вроде бы поляна находилась недалеко от шоссе и города, но выглядела девственной. Бывают такие места в лесу, словно закрытые от большинства грибников и охотников.

Остановив машину на краю поляны, Михаил Иванович споро достал крылья, и собрал их. Оставалось только пристегнуть их и влететь, но Павловский медлил. Он присел на корточки возле крыльев, и ласково погладил рукой нежные на вид, но упругие пластины. Посмотрев на чистое, голубое небо, он широко улыбнулся, и, приподняв всю конструкцию, нацепил ее на себя.

Надев мотоциклетные очки, Михаил Иванович уверенно включил моторчик, и тотчас крылья за его спиной с жужжанием завращались, набирая силу. Щелкнул механизм каркаса, фиксируя ноги Павловского, и он почувствовал, как крылья неодолимо влекут его вверх. Гигантской стрекозой аппарат поднялся метров на триста, и резко рванул горизонтально в сторону от шоссе.

– У-хууу! – донеслось с неба, и стрекоза принялась нарезать круги над лесом, забирая все шире, и шире.

Прозрачные крылья сверкали под утренним солнцем, а пилот, достав из кармана телефон, набрал номер, и кричал в трубку:

– Я лечу! Ты слышишь? Я лечу! Я в небе! Тамара, я уже лечу!

Кузнечик

Не понимаю, как эта история не попала в прессу, или на телевидение, для меня это просто удивительно! Я, может быть, и сам не узнал бы ее, но теща, живущая в своем доме в Подмосковье, настоятельно просила подлатать ей крышу. Не ее «крышу», конечно, она еще вполне крепкая женщина, но вот крыша ее дома основательно прохудилась.

А тут, как назло, зарядили дожди, превращающие лето в осень, и теща просто взвыла. Ее вой, конечно же, был услышан моей женой, и мне пришлось брать неделю за свой счет, чтобы срочно сделать ремонт.

Теща встретила меня радостно, и сразу усадила за стол. Я устроился поудобнее, и огляделся. Нечасто приходится теперь бывать в этом маленьком поселке, не хватает времени. Но, все было по-прежнему, кроме одной детали.