Слепая доброта

 

Трое слепых подошли к слону. Один дотронулся до ноги и сказал: «Слон похож на столб». Другой слепец дотронулся до хобота и сказал: «Слон похож на толстую дубину». Третий дотронулся до живота слона и сказал: «Слон похож на огромную бочку». И потом они начали спорить между собой относительно того, каков слон.

Прохожий, услышав их спор и ссору, спросил, о чем идет речь. Они рассказали ему все и попросили его рассудить их. И прохожий сказал: «Никто из вас не видал слона. Слон совсем не похож на столб, но его ноги похожи на столбы.

И он не похож на бочку, только его живот похож на бочку, и также он не похож на дубину, а только его хобот похож. Слон соединяет в себе все это вместе».

 

Эту старинную притчу каждый трактует по-своему. Некоторые, зарывшись слишком глубоко в философские рассуждения, находят в ней ответы на некоторые аспекты поведения человека и делают косвенные выводы: «Все видят ту сторону правды, которая им доступна. Кто-то видит больше, кто-то – меньше.

От этого все конфликты и ссоры. Мы верим только в «свою» правду и ни в коем случае не допускаем, что мнение, отличное от нашего, тоже может быть правильным».

А как же такие, как он с рождения слепые? Может у них совершено другое мнение о смысле стариной притче? По их мнению, возможно, не надо глубоко копать, когда истина лежит на поверхности? Они, как те три слепца с рождения, не видевшие ничего кроме непроницаемого мрака, могут только чувствительными подушечками пальцев осязать по крошечным кусочкам окружающие предметы и слушать чужое описание мира, а потом все эти фрагменты разрозненной мозаики складывать в целое.

Но это, ни в какое сравнение не идет с истинным, неповторимым визуальным обзором необъятного пространства, раскинувшегося вокруг них. И он кажется таким, как он, сказочной страной, расположенной за чертой человеческого разума. Поэтому, волей-неволей еще больше начинаешь ощущать себя ущербным, безвозвратно лишенным чего-то главного.

Вот и сейчас Антон, дотронувшись до лба девочки и проведя по пушистой волне волос рукой, пахнущих цветущей лавандой, был готов отдать все, что у него есть только за один миг увидеть воочию прекрасный облик Ирины. Но это только несбыточные мечты и ничего более.

Ирина, прильнувшая к Антону практически вплотную, ощущала противоречивые чувства. Сильная по характеру девочка не привыкла вот к таким щенячьим нежностям.