Слепая доброта

Будь то общей мечтой, или общей надеждой, а может, просто под напором своей неуемной прихоти, это неважно, что они желают, что они хотят, главное, что это сбудется. Так что услышь меня, Ириша, и поверь! И тогда у нас получится тебя вылечить, сделать так чтобы ты открыла глаза, поднялась с кровати и крепко прижалась к моей груди. Я же знаю, что там, блуждая в видениях, ты постоянно ищешь выход наружу, сюда в реальный мир к своим друзьям, родным и, конечно же, ко мне. Так что поверь в себя, Ириша, тогда перед тобой откроется проход, наполненный ярким светом, в который нужно сделать всего лишь один верный шаг и все, небытие уйдет назад и потом будет тебе казаться просто обычным ночным кошмаром, про который ты постепенно забудешь.

Произнося эти слова, Антон вслушивался в мерное дыхание Ирины, надеясь, что ему удастся достучаться до ее сознания. Все тщетно, девочка никак не реагировала на его речь. Но Антон не сдавался, он говорил и говорил, продолжая верить, что у него получится вывести Ирину из коматозного состояния.

 

Иногда у мальчика появлялось желание просто поцеловать ее, как в сказке – «Спящая принцесса», но он этого не делал, понимая, что чуда не произойдет и она не очнется от непробудного сна от прикосновения его губ. А жаль, очень жаль, что в жизни так мало чудес.

В такие отчаянные моменты Антон вспоминал о своем чудесном излечении, о рассказе Ирине, о странной старушке, которая помогла ей найти волшебный гриб для изготовления снадобья. Эти размышления не давали мальчику покоя. Он тоже хотел найти эту странную старушку и попросить ее о помощи.

Но как ее найти и где? Такое не по силам даже зрячему человеку, а уж что говорить тогда про слепого мальчика. И тогда Антон решил призвать старушку – словами, пылкими словами от которых может закипеть вода. Он готов был пообещать ей все, что она захочет, даже свою жизнь, только бы Ирина вновь стала прежней веселой жизнерадостной девчонкой, такой, какую он любил. Но на все его призывы никто не отзывался. 

- Ириша, прошу тебя, очнись! – продолжал говорить Антон, ощущая, как его глаза наполнились слезами, как засвербело в носу и запершило в горле.

– Ты же знаешь, что без тебя весь мир окрашен в мрачные тона, где нет солнечного света. Где тучи затмили все небо, и льет бесконечный дождь, не позволяя вырваться наружу разноцветной радуге, такой яркой и переливчатой, радующей взор. Конечно, всего этого я не могу видеть, но душой ощущаю, что все именно так. 

В палате послышались посторонние шаги.