Там, среди звезд

Вскоре на нём уже красовался стакан с водой и таблетница, из содержимого которой только половина являлась лекарством.

Рассел проводил мать до лестницы и наткнулся на хмурый взгляд деда с портрета, висящего в холле. Алекса вернулась через двадцать минут.

— Неплохо ты её приложил за кружку, — хмыкнул он, разглядывая сына. — Не помню, что бы я читала тебе на ночь «Домостроение» вместо сказок.

— «Домострой», — машинально поправил её Рассел. — Впрочем, сказок ты мне не читала вовсе.

Алекса лишь изящно махнула рукой.

— Скоро начнётся, — сказала она, кивая головой в сторону лестницы. — Так что поспеши.

***

К самому началу представления Рассел все же опоздал. Когда он вошел в полутемную спальню, Анна, сидящая на кровати, всхлипнула как маленький ребенок. Она им, похоже, сейчас и была.

-Мама… мамочка, — шептала она, поглаживая воздух у колен, будто гладя кого-то по голове. — Проснись, пожалуйста, мамочка.

Слушать это Рассел не мог. Каким бы мерзавцем он себя не считал, выше его сил было слушать хныканье четырехлетнего ребенка, проведшего несколько часов наедине с трупом своей  мамаши-идиотки.

Историю сиротства Анны он знал вкратце, и этой информации ему вполне хватало.

— Анна… — решил он привлечь внимание к себе.

Она повернула голову, посмотрела на Рассела настороженно и равнодушно — так смотрят птицы на случайно оказавшихся рядом людей. А потом несмело улыбнулась.

— Папа?

Этот вопрос, заданный дрожащим голосом, полным надежды, окончательно добил его. Сильнее всего ему хотелось сбежать, но оставлять дену в таком состоянии он просто-напросто боялся.

Анна меж тем увидела россыпь синяков у себя на запястье, принялась их оттирать, намочив пальцы слюной.

— Не оттирается, — жалобно сказала она, вновь обратив внимание на Рассела. — Грязно. Мама будет ругаться…

Впервые в жизни захотелось помолиться всем богам, земным и инопланетным заодно, лишь бы действие наркотика прошло побыстрее. Это слишком жутко, он не вытерпит! К счастью, Анна принялась вспоминать другие эпизоды из жизни.

Рассел сел, прослушал краткий пересказ приютских годов, в том числе неудавшуюся попытку изнасилования, в результате которого его будущая жена заработала шрам на ноге и обратила на себя внимание воспитателей, отбиравших учеников, более способных чем остальные, для того, чтобы засунуть их в военную мясорубку. Годы в училище прошли тихо и мирно, а вот переживание многочисленных стычек с Врагом добавили Расселу страхов… Смерть Рихарда произвела гнетущее впечатление.