Там, среди звезд

— А ты че­го на не­го ус­та­вил­ся так, Трус? — спро­сил кто-то. — Не то убить хо­чешь, не то… — оче­ред­ная скаб­резность по­тону­ла в хо­хоте.

— Она спасла ва­ши зад­ни­цы, — мрач­но за­метил он. «А мою зад­ни­цу она спасла дваж­ды. Ес­ли не триж­ды»

— Ты её зна­ешь, что ли? Ты ж из этих, то­же. Ле­тунов. За­валил хоть раз?

— Знаю, — от­ве­тил он — Вы раз­ве не слы­шали о капитане Мор­га­н? О капитане Анне Мор­га­н?

— Это она что ли? Вот эта не­мочь блед­ная?

— А ты ко­го ожи­дал? Тер­ми­нато­ра?

— Ты так ее за­щища­ешь, — ус­мехнул­ся еще один.

Рас­сел тща­тель­но скры­вал статью, по ко­торой по­пал в тюрь­му. Ад­во­кат пре­дуп­ре­дил его о том, что на­силь­ни­ков здесь не лю­бят. Ма­терые прес­тупни­ки пи­тали к на­силь­ни­кам и рас­тли­телям вы­сокон­равс­твен­ную и свя­щен­ную не­нависть, де­лая их жизнь не­выно­симой. Уди­витель­но, но эти лю­ди не ви­дели ни­чего страш­но­го в убий­ствах и гра­бежах, в тор­говле нар­ко­тика­ми, но счи­тали сво­им дол­гом за­щитить честь женщин, ко­торых да­же не ви­дели ни­ког­да.

Рас­сел ви­дел, что сде­лали с од­ним ту­пова­тым парнем, сы­ном ка­кого-то боль­шо­го на­чаль­ни­ка, не счи­тав­ше­го нуж­ным скры­вать, за что он по­пал за ре­шет­ку, его ка­мера бы­ла напротив камеры Рас­се­ла: он всю ночь слы­шал, как па­рень орал, и как хрип­ло ды­шали чет­ве­ро заключенных… Они кри­чали, что «это» на­учит на­силь­ни­ка по­нимать сво­их жертв.

Страш­но бы­ло пред­ста­вить, что­ бы­ло бы с Рас­се­лом, проз­най его со­камер­ни­ки о том, как он об­ра­щал­ся с женой-ин­ва­лидом.

— Зак­лю­чен­ный но­мер трис­та семь­де­сят че­тыре, — выр­вал Рас­се­ла из вос­по­мина­ний все тот же механический го­лос. — Прос­ле­дуй­те ком­на­ту для сви­даний.

В ком­на­те для сви­даний его ждал сюр­приз — за с­теклян­ной сте­ной си­дела до­воль­но пот­ре­пан­ная мама.

— Не ожи­дал, — ска­зал он, рас­смат­ри­вая Алек­су. — Что прес­тупни­цу из од­ной тюрь­мы мо­гут при­вез­ти на сви­дание к прес­тупни­ку из дру­гой.

Он с удив­ле­нием от­ме­тил, что мама впер­вые в жиз­ни выг­ля­дит на свои пятьдесят с хвос­ти­ком, — дол­жно быть, в тюрь­ме кос­ме­тичес­кие про­цеду­ры не пре­дус­мотре­ны.