Дорога к себе

- Д-дальше я отправлюсь сама, д-дойду д-до д-деревни, возьму лошадь, - ее голос дрожал, но она была полна решимости, - с первой минуты нашего знакомства ты показываешь свою неприязнь. Но теперь ... у меня даже слов нет...

И она направилась, вперед обходя парня, но стоило ей подойти ближе, как Канн схватил ее за руку и притянул к себе. Прижимая ее хрупкое тело и гладя по спине.

- Да я хотел вывести тебя из себя, я же вижу, как ты избегаешь общения, вот и хотел растормошить. И нет ни какой неприязни, это ты еще там, в кабинете мастера смотрела на меня, как на врага.

-Растормошить? Нет, это называется издевательство! Я не хочу больше видеть тебя. Да ты знаешь, что значит напарник? По-твоему это нормально? – она уже кричала, вырываясь из его рук. – Ставить опыты, смотреть и улыбаться! Я просто тебя ненавижу!

- Тише, - шептал он, гладя ее по голове, - успокойся. А теперь расскажи, откуда такая ненависть ко мне.

- Откуда? – она отстранилась, глядя ему в глаза, - Знаешь, как прошел мой первый год в школе?

Она рассказала все, как тяжело ей было, и о том, что сделал Канн.

Как она познакомилась с Лешем, а потом попала под опеку к искуснице Миране, где и познакомилась с Асдис. Нет, Таль не жаловалась, она, словно выплескивала накопившуюся обиду. Слова, которые она не могла найти для этого разговора, теперь лились из нее потоком, и ей становилось легче.

Канн осторожно забрал у нее рюкзак, подвел и посадил назад в кресло.

- Почему меня мастер не предупредил? – потрясенно спросил парень, - Ты прости меня, но я тогда и подумать не мог, что ты девочка.

Короткая стрижка, мужской костюм, - он замер, вспоминая что-то, и уже совсем другим голосом продолжил, - полгода неприятностей. Меня чуть не исключили из школы, спасло только вмешательство лекарей. Ты меня прокляла!

- Ага, - улыбнулась она, - меня Леш научил. А мастер не знал, я только Лешу рассказала.

- Вот вредный дух, я же приходил к нему, просил помочь, а он отказал, - и глядя в ее глаза, твердым голосом добавил,- Я больше не буду так гнать, и ты привыкнешь к скорости, смотри не под колеса, а вдаль, что бы голова не кружилась.

- Ты обещал лошадей, а не повозку.

- Я обещал тебе транспорт, кстати, повесил амулет с отводом глаз, мы будем не заметны.

Она сама застегнула ремень и они продолжили путь. Всю дорогу Таль старалась молчать, он же задавал ей вопросы, тщетно пытаясь разговорить. Таль даже не предполагала насколько может быть утомительным почти неподвижное сидение.