Пангея приветствует тебя!

У нее почти всегда был холодный и бесцветный голос, так что Уннар-заш совершенно не мог понять, в каком расположении духа находится эта женщина. Он не стал медлить, вышел из комнаты и сел за стол, где уже стояли глиняные пиалы для травяного отвара. Лисса, отвернувшись, преспокойно доставала из печи круглую лепешку – казалось бы, ну что мешало схватить нож и… а может быть, просто одним стремительным рывком свернуть шею… Но вместо этого Уннар-заш смирно сидел за столом и наблюдал за ее неторопливыми, размеренными движениями, за тем, как колышется длинная черная коса, как натягивается на спине некрашенное полотно туники.

Лисса ловко перебросила лепешку на гладкую дощечку и поставила перед ним. Урек-заш поймал на себе ее внимательный и холодный взгляд, словно она рассматривала зверушку.

- Завтра поутру мы уедем отсюда, - негромко объявила Лисса, - надеюсь, ты поправился в достаточной мере, чтобы путешествовать?

Он кивнул.

- Мне вернут оружие и доспехи?

- Пожалуй, - женщина чуть заметно улыбнулась, - здесь им пылиться не к чему.

Воцарилось недолгое молчание. Лисса налила себе травяной отвар из смешной глиняной посудины с носиком, села напротив и принялась пить, задумчиво разглядывая Уннар-заша.

- Мне сказали, что ты ничего не должен вынести отсюда. Никаких воспоминаний, - наконец неохотно сказала она, - к сожалению, я не могу их стереть. И не могу тебя отпустить, чтобы ты разболтал всем о том, кто такие визары и как живут.

- Ты меня убьешь после того, как мы найдем твою дочь?

Лисса ответила не сразу.

- Ты так спокоен. Больше не бросаешься за ножом. Ты готов смириться с тем, что я тебя убью в итоге?

Уннар-заш пожал плечами.

- Меня уже убивали единожды. Это не так уж и страшно.

- И у тебя нет никого, кто будет о тебе горевать, так? – в светлых глазах женщины стыл лед.

- Нет. Владыка Зу-Ханн, возможно, иногда вспоминает обо мне, но вряд ли он огорчится, если я отправлюсь в Полночные чертоги.

- Ты был близок к Владыке? – в равнодушном голосе Лиссы скользнуло нечто похожее на удивление.

- Я был его единокровным братом по отцу. Мой отец правил империей, но слишком рано отправился в чертоги Полночных духов. Мать умерла еще раньше.

- Твое место должно быть рядом с правителем. Но вместо этого ты шлялся по окраине империи. Почему?

- Я изгнанник, Уннар-заш. Если ты немного знакома с нашими именами, то понимаешь, о чем я.

- Полагаю, что ты теперь скорее просто свободный человек, Уннар. До самой смерти ты больше ничего не должен своему Владыке.