Пангея приветствует тебя!

Потому что, случись подобное, он снова ее изобьет, а потом возьмет силой. Наверное, прямо посреди этой мерзкой и вонючей улицы, среди нечистот… 

Между тем улочки становились шире и чище, кое-где замелькали дома, сложенные из белого камня и крытые плоскими чешуйками из такого же материала. Тана чуть приободрилась и даже принялась с интересом осматриваться, насколько ей это позволяло черное покрывало, наброшенное на голову. 

Мужчины, которых она видела, были смуглы, черноволосы и коренасты. Кто в полотняных робах, кто в кожаном доспехе – от которого на самом деле толку мало, особенно если колоть обоюдоострым мечом или острием копья.

Женщины мало чем отличались от мужчин, такие же смуглые и коренастые, разве что в плечах уже и ростом ниже. Одежда их не блистала разнообразием: длинные балахоны, то расшитые, то из некрашеного полотна, кто в шароварах и длинных, до колена, туниках. Некоторые покрывали голову цветастыми покрывалами, некоторые красовались сложными прическами из кос, украшенными металлическими пластинами и яркими бусинами. Лица женщин показались Тане грубыми, словно второпях вырубленными из камня: широкие, чуть сплюснутые носы, тяжелые подбородки, скулы, делающие лицо похожим на лунный лик.

«Немудрено, что я здесь ценный товар», - эта мысль отдавала приятной горчинкой. Если уж быть чьей-то собственностью, то лучше дорогой. Рачительный хозяин не будет портить вещь, которая стоила ему много звонких монет. Дей-шану досталась она бесплатно, и потому он не стесняется в методах воспитания…

Они приблизились к большому дому, глинобитному и старательно беленому.

У входа переминался с ноги на ногу рыхловатый молодой мужчина с сотней сальных косиц на голове. Ярко-синий, в пол, халат с золотым шитьем и красные сапоги красноречиво говорили о занимаемом этим горожанином положении и о достатке.

Дей-шан спешился и, ведя коня на поводу, пошел прямиком к нему, из чего Тана сделала вывод, что это наверняка местный скупщик рабов.

- Да пребудет с тобой сила Полночных, Сей-шан, - беззаботно сказал воин, - товар принимаешь?

Липкий взгляд работорговца метнулся к Тане, затем, уже неторопливо, вернулся к Дей-шану.

- Больно тощая, отсюда вижу. Не больна ли чем? Мне здесь зараза не нужна.

Дей-шан ухмыльнулся и развязно хлопнул синий халат по плечу.

- Пойдем, посмотришь. Если удачно продашь, твоя десятая часть.

Сей-шан вскинулся, словно почуявшая кость собака.

- Пятая.

- Полночные с тобой, Сей-шан, пусть будет пятая. Но продать надо хорошо.