Собирающая звезды. Раа Караан

Только я тебе не советовал бы ее слушать.

– Что, так плохо?

– Ужасно! Вой мартовских котов в ночи.

– А где это ты на Европе мартовских котов наслушался? На Европе диких котов нет. Кстати, ты должен с Димычем связь налаживать. А не по кораблю шляться.

– Меня Скаут послал аккумуляторы сбалансировать. Все уже готово. Работа небольшая.

– А ты умеешь?

– Я много чего умею.– Хвастун.

– Кошка драная. А потом, Гали только через часик обещал зайти проверить.

Обещал зайти проверить? Интересно. Это же как раз то, что нужно!

Выпаливаю, не думая:

– Дымыч! У меня к тебе просьба.

– Да? Только учти, шлюзовую Скаут на капитанский доступ поставил. В космос мне тебя теперь не вывести.

– Я серьезно. Мне нужно, чтобы Скаут подумал, что у нас с тобой что то есть. Отношения, понимаешь? Ну, соглашаешься?

– Ничего не понял. Давай подробности.

Дымыч

Спросите меня, зачем я согласился. Дурак – он и есть дурак. Чего я, спрашивается, влезаю в их со Скаутом разборки. Ясно же, как божий день, что ничего мне не светит.

Но Пудель попросила, и я иду за ней в отсек с аккумуляторами, как ослик за подвешенной перед мордой морковкой. Только вместо морковки передо мной мелькает маленькая круглая попка в обтягивающих штанишках. Схватить, что ли? У нас ведь отношения. Так или не так? По физиономии получишь. Плевать.

Вот и аккумуляторная. Я здесь уже был. Совсем недавно и в гордом одиночестве.

– Ну вот. Пришли. Командуй. Что я должен делать?

Пудель растерянно пожимает плечами. По-моему, она тоже неловко себя чувствует.

И уже жалеет, что мы сюда пришли. Не по душе мне все это. И не потому, что я Гали боюсь, если что.

– Может, не будем ничего, а?

– Иди сюда, – решается Пудель. Прижимается спиной к одной из стен. Щеки у неё горят, как от мороза. И голос сел.

Делаю шаг навстречу. И словно в кокон попадаю. В поле гравитационного притяжения маленькой чумовой девчонки. Сердце громко стучит в ушах.

– Тебе лучше снять рубашку. Пожалуйста, – шепчет Пудель.

Она как будто извиняется за что-то.

 

Стягиваю полосатую ковбойку. Чувствую себя так, словно с меня содрали кожу.

– Ты красивый, – Пудель легко проводит пальцем сверху вниз по моей груди.

Прикосновение едва ощутимо, но меня словно током бьёт. Вздрагиваю всем телом.

– Извини. Щекотно, да?

– Нет. Да. Ничего. А что теперь?

– Не знаю.

Я знаю. Знаю, что сделал бы, если бы Пудель стояла здесь для меня.Прижимаю к себе маленькую горячую ладошку. Моя девочка. Мой уголек.