Мой гусар

Поганый лес синел на горизонте, ели и сосны шумели слегка на летнем ветерке.

–  Значит нам сюда Игорь Павлович. Людей, что мы сговорили, бурмистр сейчас приведет. Пашку на плечах потащат, вы с девицей пешочком и я грешный за вами и с вами. Все вместе авось доберемся до места.

Стало быть так. Я Арина Ивановна, барин мой, храбрый гусар Игорь Павлович, столичный его знакомец, Никанор, надо же, тоже Иванович, и евоный сынок Пашка, дурак дураком, а себе на уме.

Идем мы и идем по лесу. Конечно, народ с нами тоже идет, пятеро мужиков не из местных, местные трусы в тамошний лес не ходят.

Мужики из богатого села, ни в бога, ни в черта, а в копеечку верят и за хорошую деньгу, куда хошь пойдут. Вот мы и топаем. День до самой до ночи прошагали. Белые ночи в темном лесу плохие помощники. Лес густой, все ели да сосны. Сон трава цветет, кислицы море вокруг, только рви да в рот мечи. Шепнул уже мне мой сердечный друг кое-что. Плохо я его поняла, одно только, что никаких смертоубийств нас не ожидает. Все живы будем. Возможно. 

Кричит за деревьями ночная птица, не то сова, не то филин ушастый. Не довольна живность лесная, идут люди, некоторые оружные, табачищем от мужиков несет. Мой идет, к фляжечке иногда приложится. Не берет ведь его вино, зачем и пьет. А я бы хлебнула. Страшно в лесу, сплошной ужас. Отошла было, присела. Снизу кто-то зафыркал, за ногу уколол.

Орала я, все сбежались.

–  Если б ёж тебя за попу укусил, умерла б ты, Арина Ивановна. На полном серьёзе мне мой гусар.

Срамота, до слез. Даже Пашка подлец хрюкает что-то, вредный малец.

Ночь переночевали, шалаш мужики соорудили, веток еловых наломали. Лежим мы с мил сердечным дружком рядышком на лапнике, он мне на ушко о том, о другом. Чудеса открываются, я о таких и в сказках не слыхивала. Но надо моему хозяину верит, как он рассудил, так я и поступать буду. Завтра день решающий, дойдем до места, и все видно будет. Ноет в соседнем шалаше Пашка, досталось малявке, дорога трудная, комарищи в лесу злобные.

–   Вставать, вставать Арина. Мосю ополоснула и в путь дорогу. Завтрак? Ну так и быть. Вот мужики картошечки напекли. Пироги Никаноровы? Как же я о них забыл. Ну в пути погрызем и пироги.

К берегу реки подошли к полудню. Не широка речонка, течет в лесных берегах, на той стороне поляна, папоротник выходит прямо к берегу, высокий разросся.

–   Здесь, сказал Никанор. То место. И в книгах о нем, и  люди, что до этих мест добирались, рассказывали.