Мой гусар

Рога у чёрных тварей отравленные, догадалась я.  Потом приметила, что на нас нападают не с той охотой, как на других. Увидят, подскочат. И словно оробеют потом. Уж не мой ли амулет на них действует. 

Как мы прорвались, сама не ведаю. Бык рванул от отчаянья, себя не помня. Смял пару единорогов, увлек за собой остатки стада и помчался по степи. Единороги гнались за нами версту и другую. Слабые отстали и погибли. Семеро смелых израненных в сражении быков вышли из боя и уцелели. Мы паслись в затишке. Небольшая ложбина, нас здесь не углядеть, поставили одного быка следить за окружающим полем.

Ох, как все устали. Я уж, как амазонка какая, гусар смеялся, рассказывая, пописала со спины быка. Боялась, слезу, а вдруг он обратно не возьмет. Пока у нас все хорошо, кажись, приняли меня в стадо.

День ближе к вечеру тянулся. Есть хотелось страшно. И ничего и в помине не было, не траву ж щипать. Бык повел стадо куда то к далеким горам. Там видно ночевать собираются. Мне все едино, придется слезать и искать пропитания.

Где-то вдалеке, я углядела, опять дракон по небу прошлендал. Но не углядел нас, слава богу. Бредем, бредем, травку щиплем. Задремала с устатку, проснулась. Стоят какие-то люди. Люди ли?

Рослые, красивые. Один к одному. Таких бы в гвардию. Все высоченные. Глазищи у каждого зеленые, как трава местная. И ушки, ушки у них не наши, не людские ухи. Топориком, остренькие. Не иначе людоеды.

Глава 20

–  Здравствуй прекрасная дева. Будь наше гостьей.

–  Здрасьте. А вы что, по-нашему, по-русски умеете?

–  Мы не умеем говорить на твоем языке дева.

Мы читаем твои мысли. И обходимся без слов.

Ничего себе. А вот проверю. Жрать мне хочется, кажется, лягушку бы съела.

–  Не надо есть зеленую болотную тварь, пусть ловит комаров. Пойдем в наше скромное жилище. Мы постараемся угостить тебя, чем можем.

Я слезла со спины быка. Я, пошатываясь, побрела к толпе незнакомцев. Все едино, я теперь одна, пропадать так на сытый желудок. Амулет на груди грел тело, успокаивал: Не бойся.

Ничто тебе не угрожает. И все же нащупала кинжал на поясе. Станут насиловать, полосну так, что мало не покажется.

Бык покорно плелся за мной следом. Других быков взяли и повели за ним, видно не бесхозные были быки, а живут у этих хозяев. Плохо они за ними следят, да это их забота.

На склоне холма чернел ход под землю. Уведут туда, увижу ли солнечный свет? Но так ласково глядят хозяева, улыбаются приветливо. И красивые, жуть. Только мой гусар красивее.