Чура

 

Да… В таком состоянии я далеко не уйду.

- Отправляйтесь отдыхать, Анна, - улыбнулся Всеволод. – Спасибо за вкусный ужин. Посуду я помою сам. 

Устало кивнула головой. Что ж, если ночью этот человек решит меня изнасиловать, я этого даже не почувствую.

- Идемте, покажу, где вы будете спать.

Мы вышли из кухни, прошли через гостиную. Всеволод отворил дальнюю дверь, за ней оказался маленький коридорчик с еще двумя точно такими же дверьми. 

- Здесь у меня некое подобие ванной комнаты, - сказал мужчина, указав на одну из них.

– Если захотите, можете принять душ. А тут спальня. Располагайтесь. Доброй ночи.

Оставшись одна, я первым делом пошла в ванную. Переступила порог и удивленно присвистнула. Конечно, здесь не было ни кафеля, ни самой ванны, однако имелся неплохой умывальник с зеркалом (зубная паста, туалетное мыло и мягкое махровое полотенце прилагались) и небольшая душевая кабина. Подобную кабину я видела и раньше -такой душ пользуется популярностью у многих современных дачников: вода в него поступает из специального резервуара, установленного на крыше.

Наполняешь резервуар водой, в течение дня солнце его нагревает, и вечером можно помыться приятной теплой водичкой.

Однако меня удивило не это, а то, что в ванной Всеволода имелся еще и унитаз. Похоже, у лесной избушки есть некое подобие канализации. Скорее всего, это или выгребная яма, или специальная емкость.

Видимо, охотник-интроверт имеет неплохой доход, раз обустроил свой дом с этаким комфортом. 

Оставалось непонятным, почему сам охотник выглядит так, будто вовсе не пользуется благами цивилизации.

Впрочем, какая разница? Он живет тут один. Имеет полное право ходить в том виде, в каком хочет. Помнится, я сама во время долгих новогодних выходных два дня подряд ходила по квартире в пижаме и с «кулькой» на голове.

Я повернула вентиль крана умывальника, тщательно вымыла лицо и руки. И уже после этого пошла спать.

Спальня лесного дома выглядела уютно. В ней стояли комод и деревянная кровать, на полу лежал пушистый коврик, а на бревенчатой стене висела маленькая картина с какой-то абстракцией.

При этом создавалось впечатление, что в эту комнату хозяин заходит реже всего. Если вообще заходит. Уж слишком она казалась чистой и правильной – ни тебе смятого покрывала на постели, ни отодвинутых в сторону жалюзи, ни забытого на полу носка, - ничего, что говорило бы о том, что здесь спят или хотя бы проводят какое-то время.

Раздеваться полностью я не стала.