Открыть Глаза

 

- Что ты делаешь в моем кресле? – прошипел Драко.

- Прости, если задела твое слизеринское самолюбие, но здесь нет твоих инициалов, или таблички с надписью «занято». – Парировала гриффиндорка. На ее лице не отображалось ничего кроме неприязни и ненависти.

- Что ты сказала, грязнокровка? – Малфоя вывело из себя ее спокойствие. В считанные секунды он оказался в метре от нее. – Повтори!

- Я ничего не собираюсь повторять, Малфой. Если тебе так дорого это кресло, мог бы просто предупредить. – Гермиона скучающим голосом поставила слизеринца на место.

Встала, убрала волосы с лица, и, прихватив книгу, двинулась в сторону своей спальни. 

- Не смей со мной так разговаривать, Грейнджер! Ты будешь делать так, как я скажу тебе! – Он развернулся и попытался схватить девушку за руку. 

Гермиона ловко вывернулась и подняла взгляд на слизеринца. 

- Никто не может говорить мне, что делать! Тебе ясно? Никто! А уж тем более ты! Я никому ничего не должна, и мне тоже, никто ничего не должен! – Гермиона четко разделяла слова.

В глазах ненависть и холодная решимость.

Драко смотрел на гриффиндорку, стоящую перед ним и разговаривающую с самим Малфоем, как будто она ему ровня. Она не боялась его. Драко уже и не помнил, чтоб кто-то кроме Люциуса и Воландеморта смотрел на него без страха в глазах. Его боялись все. В школе, потому что думали, что он пойдет по стопам отца, дома, потому что для матери не было ничего дороже Драко. Пожиратели боялись, что у молодого Малфоя хватит смелости и выдержки пойти наперекор взрослым, не задумываясь о последствиях.

Все боялись, но не она. 

Глава 4

Гермиона развернулась и зашагала в свою спальню. Ей показалось, или слизеринский хорек задумался? «Он не умеет думать. Он умеет только считать. Считать свою выгоду.» Подумала она, захлопывая дверь комнаты и накладывая на дверь заглушающие и запирающие заклинания. 

Наконец она могла спокойно дышать. Дыхание сбилось, как после пробежки, на лбу выступила испарина, глаза широко открыты.

В них плещется страх. Тот самый страх, который она сдерживала во время перепалки с Малфоем. Она тщательно его прятала за ненавистью и безразличием. Гермиона научилась прятать эмоции этим летом. Слишком многое на нее свалилось. Вспоминать не хотелось. Мысли вернулись к только что произошедшему. Вот она сидит в кресле с учебником по трансфигурации. Вдруг она слышит, как открывается портретный проем. «Он здесь!» Мысль проскальзывает в затуманенном страхом сознании.