"Баллада" о неземной любви

и там любовь станет еще сильнее.На столе лежит стопка лекарств, рядом романтический ужин. Элизабет готовит его на годовщину знакомства. Вот только радости в таких вечерах нет. Ричард молча съедает приготовленное, благодарит Элизабет за прекрасную еду. Быстро глотает таблетки и уходит. Он спешит на старые качели.Сегодняшний ужин мрачнее обычного. Кажется, у девушки совсем не осталось сил на спасение любимого. Она рыдает. Бьет посуду. Осколки звенят, как колокольчики на кафельном полу.Но ей придется взять себя в руки.

У Ричарда нет никого, кроме нее и космоса. Близкие давно списали со счетов сумасшедшего. Элизабет так не может. Она соберет осколки и сварит кофе. Тот самый.Похолодало, Ричард продрогнет без пледа.На качелях, в объятьях бедняги Ричарда, Элизабет задумывается: "В конце концов, какая разница сумасшедший он или нет? Он здесь рядом. Греет мои руки. Прижимается теплой щекой к моей щеке".Разница есть. Общество требует. На Элизабет стараются надавить: "Тебе нужен нормальный муж, сдай этого умалишенного в психушку". Но не сдаст.Наутро после неудавшейся годовщины Элизабет спешит на работу. Она продавец в небольшом магазинчике часов. Работу свою любит. Не любит болтливых покупателей. Городок маленький и об ее несчастье знают почти все. Каждый третий норовит спросить: "Как там Ричард?" Ей приходится врать: "Идет на поправку".В магазине уютно, мерное тиканье часов успокаивает. Здесь время, будто подгоняемое сотнями стрелок, бежит быстрее. Спокойствие нарушают. Дверь раскрывается, и в помещение вваливается пожилая женщина.— Элизабет! Как твои дела? Мне нужен будильник для моего старого бездельника.Элизабет здоровается и ведет женщину к полке. Раскрывает рот, чтобы начать рассказ о преимуществах механического будильника. Женщина отмахивается. Разговор явно должен идти не о том.— Как там твой умалишенный? Не бьет еще тебя? Скоро начнет! Бросай его, дурочка, не калечь себе жизнь. Я со здоровым намучилась, а ты с больным собралась судьбу связать. До добра такая любовь не доведет.Последней каплей становится речь беспардонной дамы.— Мы закрываемся...Выдыхает Элизабет, указав покупательнице на дверь. Та, обозвав ее нахалкой и пообещав жаловаться, все же уходит.Магазин Элизабет и правда закрыла. Она побежала домой. Светлые волосы растрепались и липли к мокрому от слез лицу. Удивленные прохожие пытались помочь. Но помощь не нужна.