Там, высоко-высоко

От всего этого сияния слезились глаза, и хотелось зажмуриться.

Пока я рассматривала все это, не заметила, как дворецкий снял с меня плащ Лорана.

— Нравится? — подмигнул мне денди.

— Богато, — осторожно ответила я, приходя в себя.

— Прикажете накрывать на стол? — с достоинством поинтересовался дворецкий. 

Неужели, как и Фуссо, мертвец? Жить в таких хоромах, в окружении нежити… Я невольно поежилась от этого предположения. И Лоран истолковал этот жест по-своему.

— В голубой гостиной. И пусть зажгут камин, гостья продрогла.

.. Ты что предпочитаешь — мясо птицы или седло барашка? — обратился Лоран ко мне. — Предупреждаю, барашек — это коронное блюдо моего повара. Рекомендую.

— Я не голодна. — Увы, трель из живота оказалась столь оглушительна, что пришлось поправиться. — Точнее, не ем мяса. Но вы не беспокойтесь, я поужинаю дома. 

— Я намереваюсь тебе кое-что показать и рассказать. И не хочу, чтобы меня постоянно перебивало бурчание твоего желудка. Мне твоего кислого вида вполне хватает.

Так что говори, что желаешь на ужин или я заставлю тебя есть то, что предпочитаю сам. 

— Тогда немного сливок, пожалуйста, — сдалась я, и голова сразу закружилась при упоминании об этой вкусности. 

 Последний раз я ела утром, а сейчас… Ох, я даже не знала, который сейчас час. Но, судя по всему, очень поздно. 

— И только? — удивился Лоран. — У меня хорошие повара. Так что смелее!

— Тоже мертвецы? — язвительно поинтересовалась я.

— Нет, — засмеялся Лоран.

— Некоторые специальности мертвецам пока, увы, недоступны. Приходится обходиться услугами дипломированных специалистов. Вот будешь хорошо учиться, возьму в штат… Так что будешь заказывать? Смелее. У Листора великолепная память.

Я разозлилась. Глядя на каменную маску дворецкого, я с ненавистью прошипела:

— Сливки взбить. И, если можно, листик мяты туда добавить. И от бисквитного кекса не откажусь… Да, и кофе. Со сливками и корицей. 

— С виду хрупкая, а такая обжора, — хмыкнул Лоран и обратился к дворецкому.

— Передашь наш разговор слово в слово мистеру Ричи. Пусть поторопится. И не забудь Виолин сказать про камин. 

 Повинуясь властному хозяину, я поднялась за ним на второй этаж и последовала по длинной портретной галерее. У каждого портрета мраморные нимфы держали канделябры, но лишь в одном месте свечи были зажжены. Я невольно замедлила шаг, разглядывая портрет статного мужчины в стальных доспехах.