Никогда не говори никогда

— Давай, покажи мне, что ты умеешь, — его пьяное дыхание наполнило мои легкие, чуть не заставив упасть без сознания, а противные губы опустились на мою шею.

— Отпусти, — чуть не заплакала я, — я не хочу, пожалуйста, не надо.

Но он не слушал.

— Ничего, куколка, сейчас захочешь, — услышала я смешок со стороны Демида.

Очень сильно захотелось плакать, но я держалась. Если покажу им слабость — точно не отпустят. Хотя, есть ли у меня шансы? Даже если закричу во весь голос — никто не поможет. Все сейчас прячутся по домам, да и около конюшни никто не живет.

Почему же не срабатывает чертова метка?

Внезапное осознание грянуло как гром. Никто не придет мне на помощь. Я никому не нужна. Сейчас надо мной надругаются и оставят здесь, в углу, голую и обесчещенную. На глазах выступили слезы. Не так я себе представляла свой первый раз.

Я мечтала, что придет он — тот самый, мой принц на белом коне. Придет и заберет меня к себе во дворец, и будем мы жить долго и счастливо, и будет у нас пятеро детей, и лохматая собака, живущая во дворе замка, и все мои проблемы будут решены одним взмахом его сильной руки…

Вдруг рядом что-то грохнуло, кто-то взвыл от боли и послышался рычащий, почти звериный голос, от которого у меня мурашки побежали по телу:

— Отпустите девушку и выметайтесь по-хорошему, больше повторять не буду.

***

— Отпустите девушку и выметайтесь по-хорошему, больше повторять не буду, -  в черных глазах Дмитрия будто поселилась сама Тьма, зубы едва заметно заострились, на руках появились длинные и черные, как сажа, когти, а на лице набухли черные же вены, идущие, казалось, прямо из глаз.

Сказать, что я испугалась, – ничего не сказать; те, кого я так боялась всего секунду назад, показались мелкими хулиганами по сравнению с ним. Таким я его не видела никогда, и дал бы Боже никогда больше не увидеть.

— А ты что тут забыл, разукрашенный? – уже менее уверенно произнес Матвей, недовольно отрывая взгляд от моего декольте. Окинув взглядом лежащих без сознания в проходе друзей, он нервно сглотнул и столь же нервно посмотрел Дмитрию в лицо.

Клянусь, я видела, как в глазах разбойника расцветает первобытный страх. Его руки задрожали, он непроизвольно потянулся правой кистью к перевязи, выпуская меня из тисков, и Дмитрий угрожающе зарычал, будто дикий зверь.

— Если ты еще не понял, ты уже мертв, наглец, - выплюнул Дмитрий и дернул ладонью, в которой тут же заиграло темное пламя, будто втягивающее в себя свет.