Операция "Соловей"

 

- Убийца женщина. Это видно на записях с камер.

- У тебя давно ничего не пропадало в рамках дела? - Вскинула накрашенную бровь женщина. 

- Маргарита Александровна, почему Вы мне помогаете?

- Ты хороший человек, Вдовин. Правильный. Не люблю я, когда Миргазьяныч чужими руками каштаны из огня вытаскивает. 

- Я не понимаю. 

- И не надо. Хочешь узнать больше, спроси Марата. Сболтнёт больше, чем стоит, отец закроет глаза, а если я проговорюсь - мне голову снимут. 

- Скверно.

- Это жизнь, Паша, - пожала острыми плечиками женщина.

Что-то тебя знобит.

- Нервы, Маргарита Александровна. 

- Из-за Насти переживаешь? 

Стиснув зубы, Паша промолчал.

- Забудь её. Хочешь, я тебя с медсестричкой с медицинской кафедры познакомлю? У меня там девичник. Все молоденькие, замужние и красивые, как кошки по весне. 

- Не надо. Справлюсь сам. 

- Тогда просто напейся. Я тебе, как врач советую. 

- Патологоанатом? 

- Патологоанатом, - улыбнулась в ответ женщина.

- Слушай, а что это мы по пустой улице фланируем. Давай на набережную сходим: я для племяшек селфи сделаю. Представляешь, на старости лет, уговорили бабку мелкие убыри инстаграм завести. 

Паша кивнул. В квартиру, где всё от ёршика для унитаза и придверного коврика до люстры и кастрюли с заплесневевшим супом, напоминало о бывшей хозяйке, возвращаться не хотелось. Он уже подумывал переехать на время к родителям, но объяснения с матерью, в мыслях уже выбирающую кроватку будущим внукам, были невыносимы.

Родители в их расставание верить отказывались, в каждом звонке прося простить загулявшую дивчину. Откровенно Паша сам не верил в конец отношений, но лежащий в машине протокол и сваленная на окраине города груда мёртвого железа говорили, что пути назад нет. 

- Ну, вот и славненько, а хочешь я тебе сказку расскажу про обитавших в здешних местах драконах? 

- Мы же взрослые люди, Маргарита Александровна. Вы мне лучше про мумии расскажите и о том, что было на пятой странице.

- Кто о чем, а лысый о расчёске. На месте Насти, я бы тоже сбежала. 

Паша вымучено улыбнулся. 

Они, словно пара влюблённых, шли по освещённой фонарями улице, что прямой линией тянулась от университета к белокаменному Кремлю. Впереди выглядывали из-за белой крепостной стены лазурные шпили Кул Шариф. Позади, по автобусной полосе медленно ползла серая ауди. Прячась в тени машины, шустрый крысеныш не сводил с Паши блестящих марионовых глаз.

Глава 5.