Операция "Соловей"

Хочешь, чтобы я зашёл к твоему отцу и отдал фотографии и квитанции за превышение скорости? 

Настя, сверкнув нефритовыми очами, ушла собирать вещи.

Павел молчал и курил, пуская в открытое окно колечки. Через три месяца у них должна была быть свадьба. Настя уже выбрала платье, а он втихаря оплатил поездку в Дубровник. Мечтал выпить вино в Красной Гавани и съездить в Терстены, где снимался любимый сериал. Однако жизнь оказалось круче Игры Престолов. 

Настя, похожая на привидение, появилась в дверях. Растянутая вязаная кофта белым флагом болталась на стройной фигурке.

Тонкие худые ножки в розовых потёртых джинсах, серые кроссовки. Настя даже в этот момент словно сошла с обложки модного журнала или поста инстаграма.

 Паша потушил догоревший окурок и молча вытащил тяжёлые сумки к подъехавшему такси. Он помог толстому шоферу погрузить их в багажник. Когда такси скрылось, он, шаркая китайскими сланцами, пополз в семейное гнёздышко в одночасье ставшее холостяцкой берлогой. Единственное, о чем он мечтал, было оказаться на пассажирском сиденье настиного ланоса.

 

Глава 2. Други и недруги

Утро понедельника, возвещало трелью будильника о том, что проклятое воскресенье закончено и впереди трудовая неделя. В семь Вдовин уже был на работе. Кабинет, который следователь делил с тремя коллегами, ещё пустовал. Кинув рюкзак на облезлое офисное кресло, Паша открыл окно, впуская в тесную, пропахшую сигаретами и носками комнату свежий весенний воздух. Окна  кабинета выходили на оживлённую улицу.

Когда Паша только учился в академии полиции, через дорогу от управления находилось артиллерийское училище. К настоящему времени училище расформировали, и на плацу среди берёз росли разноцветные высотки элитного жилищного комплекса. Лишь старая зенитка у ворот напоминала о былом. 

Паша засыпал кофе в пузатую кофеварку и щелкнул кнопкой. Мыли кофеварку раз в год, перед новогодними праздниками, отчего уже к лету на стенках нарастал коричневый налёт. Терпкий запах сваренного кофе пополз по этажу, привлекая сонных сотрудников, слоняющихся в поисках “кофеина и потрепаться”.

- Павел Батькович, к Вам можно? 

 В дверях показалась заспанная физиономия. Держа в одной руке кружку, а в другой руке - папку, Гудованцев Борис Петрович ввалился в кабинет. В стенах прокуратуры Гудованцева  за глаза звали  "Чубайс".  Борис на прозвище не обижался, ибо высокий полноватый лейтенант юстиции меньше всего походил на русского реформатора.