Королевская игла

«Вылитый петух», — с усмешкой думал Скальд, не без удовольствия наблюдая, как гость шмякнулся о землю и теперь потирал ушибленный зад.

— Что-то скользкие у тебя косы, дева!

— Какие есть! — крикнула в ответ принцесса. — Вы знаете, я безвылазно здесь сижу и так давно не мыла голову, вот они и засалились!

Скальд усмехнулся ноткам радости в ее голосе.

— И все же! Я взберусь к вам, и тогда мы предадимся любви, о нимфа!

— Жду не дождусь, — процедила Оталия. — Только об этом всю жизнь и мечтала: отдать себя такому индюку, как ты.

— Я уверен, мы с вами станем отличной парой, а волосы… их можно и помыть! — продолжил фанфарон. — У моей тетушки Гертруды те как пакля: ни один цирюльник не смог их ни причесать, ни помыть, а все потому что тетушка каждый день поливает их средствами для укладки. Сейчас в моде высокие прически.

— Да что вы говорите? А я вот совсем за модой не слежу. Но сударь, быть может, вы все-таки оставите эту затею… — увещевала Оталия, но гость оказался тем еще упрямцем.

Скрипя зубами, он пытался вновь и вновь.

— Ну что вы, миледи, я готов потратить на это все свои силы, ведь в конце меня ждет награда! Неземное блаженство, я уверен! Как в той легенде, где принц поднялся по косе пленницы, и они жили долго и счастливо!

— Бедняжка, как она выдержала такую пытку, — проворчала Оталия, погладив себя по затылку. — Должно быть, вырвал ей все волосы с кожей, бр-р-р… — ее передернуло.

Гость все не унимался, но каждый раз, стоило ему хоть немного приблизиться к середине башни, он соскальзывал вновь и вновь до тех пор, пока эта забава и его болтливый язык не наскучили Скальду.

Чародей покачал пальцем из стороны в сторону, и кудель стала так же раскачиваться.

— Миледи, прекратите, иначе я сорвусь! — заверещал «петух», в его глазах появился страх. Одно дело упасть на мягкую траву, и совсем другое… он истошно закричал, обрушившись на острые иглы шиповника. С криками и бранью, не присущей приличному аристократу, гость скатился по холму и упал в замковую канаву с тухлой водой.

Оттуда он с трудом выбрался и едва уволок ноги, решив, что пусть кто-нибудь другой попытает счастья и освободит деву с жирными волосами, а он лучше предастся любви с румяной и аппетитной дочерью булочника в деревне неподалеку.

Оталия еще долго смеялась, провожая гостя взглядом победительницы. Она не знала, как так получилось, но решила, что гость просто сорвался.

— Ох, жаль масло.