Зуб Луны

Пантера сорвалась с потолка и упала в двух пальцах от края чана, чтобы быть добитой саблей одного из стражников. Примерно в этот же момент, очередной вопль Тахамине сменился детским плачем.

Зал замер, химеры застыли, подобно статуям, высеченным из теней. Послышался звук, как будто разбился огромный горшок из глины. У входной двери разверзлась трещина пространства. Осколки реальности посыпались на пол, открывая тёмно-синюю бездну междумирья. Бронзовый чан погас, а вокруг зала закружил вихрь, подхватывающий чёрных химер и уносящих внутрь раскола.

Домой. Ветер сметал только порождений бездны, живые же не чувствовали даже лёгкого дуновения. Один из монстров, успел обхватить Рокуса своим щупальцем вокруг торса и утащить с собой. Тот, растерявшись, выронил топор. Камира, придя в себя, ухватилась за боевую цепь мужа.

- Что стоите, жалкие слизняки?! – кричала она стражникам. Те тут же по хватались за цепь и вместе старались не дать Рокусу отправиться в бездну.

Меж тем, разрыв в пространстве начал зарастать.

В итоге, ткань реальности сомкнулась, отрезав злополучное щупальце, которое сразу растворилось. Рокус упал на пол и к нему подбежала жена.

- Любимый! – она помогла ему подняться.

- Я в порядке. Кажись всё закончилось.

Они направились обратно к алтарю. Кавад бережно снял свою жену и мать с погасших углей, та держала на руках новорождённого малыша.

- Лекаря сюда! Живо!

Один из стражников, отсалютовав, удалился. Маги-пироманты, выйдя из транса, повалились без сил.

- Каковы потери? – потребовал рапорта Рокус, вспомнив свои обязанности оружейника.

- Двенадцать человек, господин. – ответил солдат.

- Раненные?

- Трое.

- Нет!

Крик, уже не физической, а душевной боли сорвался с уст Кавада. Он держал в руках лицо жены и испуганно всматривался в её потускневшие глаза, тщетно надеясь увидеть в них, хотя бы искорку жизни.

- Тахамине!

Кавад потряс Тахамине за плечи, а затем, уложив на пол, стал делать массаж сердца и искусственное дыхание.

- Очнись, прошу!

Его голос начал дрожать, казалось, что он вот-вот заплачет.

Рядом стоял лекарь с завёрнутым в полотенце младенцем.

- Это мальчик, господин. – на свой страх и риск, промямлил лекарь, но Кавад его не слушал.

- Ты обещал мне! Ритуал был выполнен в точности и не нарушен! Аламар!

Рядом с ним вспыхнуло пламя, которое, затем приняло гуманоидную форму. Все, даже Рокус с Камирой, в ужасе отпрянули от маленького, худого мальчика, чьё тело было отлито из лавы, а вместо волос горел огонь.