Северные истории. Книга I.

Уже на следующий день после трагедии Лейлис узнала, что хоронить умерших на Севере принято не выжидая определенный срок, а как можно скорее. Погребение в земле не было распространено, тела чаще всего кремировались или бальзамировались. Все это сопровождалось невеселыми присказками, нередко на старом наречии, суть которых сводилась к тому, что «в земле спят некрепко». В пределах этого правила у многих благородных домов, в том числе и у Эстергаров, были свои обычаи. Родовые усыпальницы строились обычно на некотором расстоянии от замка, и посещали их, как правило, исключительно для того, чтобы совершить очередное погребение и снова запечатать вход — если Неизвестный будет милостив — на многие годы.

Лейлис в приготовлении к похоронам участия не принимала — это было не ее дело, а тех, кто состоял с леди Бертрадой в кровном родстве. Ей только сообщили, что лорд Эстергар с братом сами отвезут тело матери к усыпальнице и что, вероятно, будут отсутствовать весь день. Утром перед самым отъездом Лейлис зашла к Криансу, чтобы поговорить с ним и хоть как-то поддержать.

Она была уверена, что ребенок в такой ситуации нуждается хоть в чьем-то утешении, а рассчитывать в этом плане на Рейвина не приходилось — он не разговаривал ни с братом, ни с женой и всю ночь провел у тела матери. Если Лейлис и ожидала застать Крианса заплаканным и убитым горем, то эти опасения оказались напрасными. Он, уже полностью собранный и одетый в свою лучшую одежду, спокойно ждал в своей комнате, когда его позовут спуститься во внутренний двор. На кровати аккуратно лежали сложенный плащ, бархатный берет с брошкой и длинный кинжал в ножнах на перевязи, который мальчику иногда давали носить вместо меча.

— Уже пора? — спросил Крианс, поднимаясь со стула.

— Нет… еще готовят повозку.

— А, — протянул мальчик, снова садясь. — Рейвин просил меня проверить?

— Нет, он ничего мне не говорил, — быстро ответила Лейлис. — Я сама пришла, просто чтобы узнать, как ты чувствуешь себя. Хотя, что я говорю… конечно, это все так ужасно, и я понимаю, как тебе сейчас тяжело.

..

— Рейвин сказал, что я не должен плакать, — после некоторой паузы произнес Крианс, не поднимая взгляд от сложенных на коленях рук, — и это, наверное, первый раз, когда мне легко выполнить его приказание.

— Ты… — Лейлис запнулась, не зная, что тут сказать. — Она… твоя мама тебя любила. Только… по-особенному.

— Может быть и любила, — пожал плечами Крианс, — но гораздо меньше, чем других своих детей.