Северные истории. Книга I.

Фержингарду пришлось вытрясти все содержимое своих сокровищниц, чтобы заплатить подобающий выкуп за такую невесту. И даже несмотря на это, такой неравный во всех отношениях союз был бы невозможен, будь жив старый лорд Агнор, и не будь леди Альда до безумия влюблена в жениха. Брат пытался отговаривать ее от этого брака, обещая договориться с кем-то из Фэренгсенов, Хэнредов или Бенеторов, но она и слышать не хотела. В конце концов желанный брак был заключен, но оказался во всех отношениях несчастливым. В первый год леди Альда родила мальчика, который вскоре умер, и с тех пор выкидыши и мертворождения случались одно за другим.

Фержингарду было немногим меньше пятидесяти, физическое и душевное здоровье супруги все ухудшалось, но он не разводился, все еще на что-то надеясь.

Рейвин сочувствовал своей тете и не желал ей зла, но выступление Фержингарда во время принесения присяги поставило родственников по разные стороны оборонительного вала. С одной стороны, лорд Эстергар понимал, что правильным было бы содействовать расторжению брака, привести тетю в Эстергхалл, показать ее своим лекарям, окружить заботой и уважением… а потом, может быть, снова выдать замуж за какого-нибудь вдовца-ровесника.

Все это можно было бы устроить постепенно, не спровоцировав сопротивления женщины, но Рейвина останавливало другое соображение. В глубине души он боялся, что лорд Фержингард женится второй раз, и что новая жена сможет родить ему здоровых наследников.

И время и судьба, казалось, играли в пользу Эстергаров, и лорду Рейвину оставалось только спокойно ждать — пока подрастет младший брат, пока жена родит сыновей, пока умрет человек, которого он ненавидит… Только говорить об этом Рейвин не любил, предпочитая делать вид, что никакой проблемы нет.

— А почему ты вообще заговорила о богах? — спросил он, чтобы вывести разговор в первоначальное русло.

— Я хотела тебе кое-что показать.

Лейлис встала с кресла, подошла к своему сундуку и достала оттуда свои молитвенные статуэтки. Это был третий раз, когда она открывала футляр со дня прибытия в Эстергхалл.

Рейвин наклонился, чтобы заглянуть ей через плечо. В футляре на темном бархате лежали две кучки каменной крошки и что-то черное, продолговатое, похожее на неровную гальку.

— Что это? — спросил Рейвин, осторожно взяв в руку то, что раньше было Ноэратой из дымчатого кварца, но в чем уже не угадывалось никаких линий человеческой фигуры, будто статуэтку обкатали морские волны и оплавило пламя.

— Это статуэтки богов Долины. Для молитв.