Яд

Хоть и выглядела их барыня так красиво, какими девушек в свет выводят, а самой уж пятый десяток годочков пошел! Шепотки, конечно, разные ходили за спиной, но Венька точно знал причины такой красы.

– Ходь сюда! Госпожа зовет!

Зима в этом году стояла лютая, такая, что даже в жарко натопленном барском доме сквозняк гулял по половицам, кусал за пятки и забирался под юбки не только в людской, но и в господской части. Выглядывая из-за двери, за которой угадывалось сияние многочисленных свечей и треск дров в камине, Агапья поежилась, решая – то ли убраться обратно в комнату, то ли самой сбегать на людскую половину за Лукьяном, к которому она испытывала самые недобрые чувства, читавшиеся по лицу, как по книге.

Вот, спрашивается, с чего барыня прикипела к этому белокурому гиганту? Красавец, конечно, Агапья и сама бы не против погулять с ним, да только отверг, все на барыню глазеет, как на самое желанное, ирод окаянный! А та – благо бы в постель взяла, тогда бы носами все покрутили, но поняли. Барыня в самом соку, муж ее давно помер, бобылицей даже такой оставаться не след. Так нет же! Зовет его, в комнате запираются, там что-то странное делают. Как ни подслушивала Агапья, так и не смогла понять. Звуки вроде как и очевидные, да все не такие. Другие какие-то. Не постельные. Что она не знает, что ли, как мужики за этим самым сопят? Да и потом ее Лукьяшечка выходит оттудова еще более влюбленный, а не просто довольный да сытый, как должен бы.

Вот что делать-то?

Возникшая в голове заполошная мысль относилась и к нынешней ситуации – бежать или не бежать? – и ко всему, что происходило. Хотя что тут сделаешь… Оставалось ждать, пока барыня натешится, а там Лукьяна можно будет и подобрать, обогреть и под бочком пристроиться. Глядишь, у него еще и денежка будет – за верную-то службу. Барыня и так ему благоволила – и одежей, и деньгами, и даже украшениями. Серьги такие, что любая баба обзавидуется.

Так что потом точно еще даст. А семье прибыток будет.

Размечтавшаяся Агапья решила, что за своим будущим счастьем можно и побегать, так что, выскользнув из комнаты, аккуратно прикрыла дверь и пошла по коридору в сторону людской. Да непростой. В любимчиках у барыни ходил не только Лукьяшка, а еще несколько парней, вот и поселила она их всех вместе, в одной части дома. Да и называла так странно – стража моя верная.