Яд

Хотя что я понимаю в серебре… Впрочем, как и в золоте, драгоценных камнях и прочих "атрибутах" богатой жизни, внезапно появившихся у меня в последнее время.

Взгляд цеплялся за узор на левой половинке медальона. Очень искусная гравировка плохо угадывалась за патиной времени, но все еще можно разобрать какой-то цветочный-лиственный орнамент, вырезанный тщательно и кропотливо чем-то очень тонким и острым. Я вдумчиво пыталась его рассмотреть. А все потому, что миниатюра на правой половине ничуть не пострадала от времени.

И с нее на меня смотрела девушка, которую я каждый день видела в зеркале…

В конце концов я не выдержала и просто захлопнула медальон, чтобы убрать подальше эту… эту девушку.

– Откуда он у вас? – я подняла взгляд на среднего, мельком отметив, что пока я тут предавалась рефлексии, он меня рассматривал. Но не с любопытством, нет. Было во взгляде что-то странное, что я никак не могла разобрать. Фанатичное. Но оно не пугало, хотя и должно было.

– Мой прапрадед передал моему дедушке, а он мне, – Вадим Вадимович смотрел вниз, чем ужасно нервировал.

Не привыкла я разговаривать с людьми, которые не смотрят на меня. И тут мне пришла умная мысль.

– Вадим Вадимович, прекратите, – жалобно попросила я, подбавив в голос тот тон, которому мои слуги не смеют противиться, как я уже проверила. – Давайте по-нормальному поговорим, а? Вот вы уже сидите, так давайте продолжим как раньше, а?

В прошлый раз на подобное предложение я получила отповедь как от змеюки, так и от среднего.

Причем оба говорили почти одно и тоже, только разными словами – нага, слуга, невозможно, бла-бла-бла…

А в этот раз сработало! Я безмерно удивилась, но оно сработало!

Вадим Вадимович перестал изображать из себя покорную мебель и даже улыбнулся. Почти как раньше.

– Вот и хорошо! – совершенно натурально возрадовалась я, ибо так и было. – И все же, я так и не поняла – зачем?

Вадим Вадимович вздохнул и попытался объяснить еще раз.

– Вы не понимаете, госпожа, что для нас служение вам.

Веньке было всего восемь лет, когда он увидел впервые, как даруют милость. И это направило его, дало ему смысл жизни. Вы еще очень молоды, у вас все впереди, поэтому вопрос "Зачем я живу?" пока не вставал перед вами. Но все люди в конце концов приходят к нему: "Зачем я живу?" И многие не находят. Скатываются в алкоголизм, бездумное существование и увлечения. А у нас такого вопроса не возникнет никогда. Вы не только дарите нам смысл жизни, вы наполняете ее.