Яд

Голос восхищенно откликнулся: "Вот нахал! Но вывернулся как!" 

Согласившись с голосом, я выбралась из машины, и пошла за Вадимом в магазин. Честно сказать, было страшновато, я в первый раз заходила в такого уровня магазин не просто поглазеть.

Магазин оказался закрыт. То есть совсем. То есть абсолютно. Именно об этом оповещала табличка "Закрыто", висящая на двери. Вадим, стоя с каменным лицом, постучал в дверь. У меня оставалось ощущение, что внутренне он ухохатывается над моим растерянным и расстроенным выражением лица, потому что именно с таким видом он обычно разыгрывал меня.

 

Вадим не ошибся – его отец действительно нас уже ждал и практически сразу открыл дверь. Впустив с поклоном меня, Вадим Вадимович обменялся каким-то странным взглядом с сыном, и предложил пройти за ним. 

Магазин был пуст. Даже без обслуживающего персонала не наблюдалось. Глухо звучали наши шаги, рассерженными мухами гудели люминесцентные лампы, грустными памятниками самим себе стояли манекены. Крайне неуютно оказалось следовать за дядей Вадимом через анфиладу комнат и примерочных – все время чудились какие-то странные шорохи, шумы и звуки, а неугомонное воображение постоянно рисовало притаившихся за стойками с вещами грабителей.

Увещевания, что кому-то нужно поменьше детективов смотреть, не помогали.

Наконец, мы достигли нашей цели. Ей оказалась относительно небольшая комната с мягким рассеянным освещением. Небольшие диванчики и столики рядом с ними, и все – ни одежды, ни зеркал, ни примерочных.

 

Не знаю почему, но мне вдруг захотелось присесть на уютный диванчик в углу. Что я и сделала, повернувшись к провожатым спиной. Дядя Вадим с напряженным вниманием следил за моим выбором.  

Я опустилась на диван, с удовлетворенным вздохом вытянув ноги, и закрыла глаза. Через несколько минут мне стало неуютно от чьего-то изучающего взгляда. Открыв глаза, я впервые столкнулась с дядей Вадимом за работой. У него был взгляд врача, который собирается поставить неутешительный диагноз.

Или мясника, прикидывающего с чего бы начать разделку тушки. Я невольно начала подвигать ноги, чтобы в случае чего побыстрее вскочить, но яростный красноватый (красноватый? мама дорогая!) всполох в его глазах пригвоздил меня к диванчику. 

"Хм-м-м…" – проснулась моя персональная язва в голове. 

"Как-как ты меня назвала? Ладно, сейчас это не вашно. Вашно другое – потеншиал у твоего среднего ош-шень хорош-ш." 

Голос чуть ли не облизывался.