Яд

– Госпожа? – раздался обеспокоенный голос Вадима.

"Надо ше, почувствовал", – зашелестел голос. 

Я с интересом глянула на лицо Вадима. Лицо? Или душу? Какая интересная у него душа… Не зря его назначили мне младшим … Душа, как сугроб из новых сверкающих снежинок, такая легкая, мягкая, пушистая, вкусная. 

– Еще раз помешаешь мне…

– Нет, госпожа, никогда больше! – снежинки уплотняются, становятся сугробом. 

Нет, мне это не нравится! Снежинки мне больше нравились! Шаг, и я аккуратно лизнула его губы.

Вот! Снежинки снова появляются! То, что надо! Легко целую. Еле слышный стон, душа снова становится снежинками. Как же это прекрасно! 

"С-с-сильна…". 

А мне все равно. Отпускаю младшего, любуясь снежинками его души. Теперь все правильно. Продолжаю его (Вадима?) целовать, снежинки начинают кружиться вокруг нас, все быстрее и быстрее, браслеты звенят все ярче и радостнее, браслетам вторят колокольчики… И вдруг я понимаю, что слышу звон клинков и вижу их безумно красивый танец.

Алый шелк одежд, песня двух клинков, хрипы поверженных врагов. Клинки предпочитают перерубать горло, чтобы слышать хрипы, а не крики. Черные глаза женщины, держащей клинки, продолжают манить, красные губы что-то шепчут, с наслаждением глотая брызги крови из перерубленных глоток врагов, браслеты на руках и ногах и колокольчики в волосах выплетают песню убийства. Второй транс наги. Первый транс дает надежду. Второй дает силу противостоять всему, что бы ни случилось во внешнем мире. Белые клинки продолжают выплетать свой танец-песню, а я все пью-пью-пью… 

"Остановись!" – резкий вскрик в голове. 

Клинки останавливаются, забирая последнюю жизнь. Красные губы улыбаются мне, пока танцовщица тает… В этот раз она танцевала с клинками, и как же мне хочется увидеть другие ее танцы! Вадим падает на пол, но сейчас мне это безразлично, я жажду ее, мою силу, мои клинки! Где же они? 

Я протягиваю вверх руки и зову: "Сюда!" 

Руки ощущают тяжесть и силу кликов.

 

"Спрячь их!" – в голосе голоса (странно звучит, правда?) слышится страх. 

Чего же он боится?.. 

"Хорошо", – лениво развожу руки, и клинки ныряют в руки. В руки?! 

Я в ужасе ощупывала ладони, запястья, предплечья – ничего не видно ни на первый, ни на второй взгляд. Руки сгибались нормально, никаких отверстий, шрамов или чего-либо еще.

С пола послышался стон.