Пять хвостов кицунэ

— Здравствуйте, дедушка. Я могу вам чем-то помочь?

— А-а, юная лисичка. Какая стала-то и новыми хвостами, смотрю, обзавелась. Славно-славно... Без шлифовки и драгоценный камень не заблестит, — он почесал пузо. — Да вот следы больно знакомые. Но никак не припомню, где встречал.

Я присмотрелась. Действительно, эти следы отличались от прочих. Обувь непростая, явно изготовленная на заказ. И тут меня пронзило:

— Касуми…

Синяки такой формы долго не сходили с моего тела.

— Касуми, говоришь. А ведь и правда. Спасибо, девонька.

Спешить надо. Буря может грянуть и среди ночи.

Монах растворился в толпе, быстро, как моя радость. Касуми здесь... Чего она хочет?

Забил колокол, созывая всех на главную площадь. Праздник вот-вот начнётся.

Я влилась в поток спешащих.

Фестиваль традиционно открывала Хранительница. Каждый раз она придумывала что-то новое. В прошлом году это был танец иллюзий. К сожалению, я не смогла оценить его в полной мере. Но зрители вокруг восхищались, пугались и смеялись при виде показываемого.

Может, сегодня и я присоединюсь к всеобщему восторгу? Да, присоединюсь.

Аки появилась на сцене с сямисэном.

Толпа взревела при виде любимой госпожи. Волна восхищённых шепотков прокатилась по всей площади.

Я огляделась. На почётном месте восседал Кацу-сама. Конечно, он не мог пропустить выступление любимой. Других Хранителей не было. Впервые за много лет. Возможно, это связано с появлением Касуми?

Мысли прервал звук сямисэна. Сделанный первой Хранительницей Запада инструмент не боялся пламенного характера своих владелиц.

Увидеть реликвию Долины уже было благословением.

Бати как кремень высекал огонь. И вот под рукой Аки родилась искра. Пламя обрело форму звука. Сначала робко, потом всё увереннее оно набирало силу и проникало в сердца слушателей. Ритм учащался. Пальцы бегали по струнам. Мелодии отозвался даже высокий клён, под которым стояла сцена, зашумев и сбросив несколько огненных листьев. Аки играла и горела, многие вокруг — исконные жители Долины — тоже не смогли противиться музыке и зажглись.

У самых слабых только кончики хвостов, у тех, кто посильнее — всё тело. Мой… мой пятый хвост — дар Аки — тоже отозвался. У меня есть магия! Я больше не пустышка, во мне тоже есть огонь! Я приплясывала, как язычки на кончике хвоста.

Музыка струилась в крови и наконец достигла вершины. Общее пламя, алое и жаркое, взметнулось и коснулось небес, заставив саму луну отозваться. Она выглянула из-за туч и пролила на площадь прохладный свет.