Второе Пришествие Эпимете́я

Иначе я буду стрелять… Кем бы или чем бы ты ни было на самом деле!

— Где же ваше хваленое самообладание и чувство реальности, капитан Леваневский, он же — Полномочный Эксперт Совета Лиги Наций по чрезвычайным ситуациям?.. Да и, к тому же, ещё многоопытный косморазведчик-пилот? — с нескрываемой иронией в голосе вдруг заговорило с ним “приведение”. — Или... это все только легенды? А, Герман Александрович?

Голос незнакомки отозвался в сознании Германа каким-то странным, давно забытым им чувством.

И это еще больше его насторожило!

— Не знаю, как там насчет легенд... Но с такого расстояния я еще ни в кого и никогда не промахивался… Тем более, из допотопного и априори безотказного бластера! — угрожающе пробурчал ей в ответ Герман, окончательно взяв под контроль свой страх и растерянность. — Но, черт возьми, откуда вы все про меня знаете? И что все это, вообще, значит?!

Незнакомка обезоруживающе улыбнулась, быстро-быстро, но при этом совершенно бесстрашно-бесстрастно, захлопала ресницами и попыталась сделать еще один шаг навстречу Герману.

Леваневский же, в свою очередь, резко, как его когда-то учили ещё на первом курсе в Космической Академии ВКС, отскочил немного в сторону и назад — дабы занять наиболее удобную позицию для отражения возможной атаки. 

— Даже не думайте ко мне приближаться! — одновременно с этим грозно и безжалостно прорычал он в адрес призрачной, как будто непринужденно летящей прямо по воздуху и из него же и состоящей, “незваной гостьи” … или, может, хозяйки пещеры (?).

— Я не привык стрелять в женщин... Но как только вы решитесь сделать еще хотя бы одно неосторожнее движение, я буду вынужден превратить ваше прекрасное тело в жалкую кучку пепла. Увы, но дело обстоит именно так!

— Не бойтесь меня, Герман! — поспешила его успокоить на этот раз уже чуть заметно смутившаяся и, на всякий случай, скоропалительно принявшая форму-плотность обычного земного человека, аборигенка Серифа.

— Я не собираюсь причинять вам ни малейшего вреда! Тем более теперь, когда в силу ряда причин, у меня больше нет никаких вразумительных оснований быть врагом как вам самому, так и вашим друзьям... Напротив, я искренне хочу стать вашим другом. Ну, или... если вы вдруг так пожелаете — безропотно-верным слугой. Проще говоря, я — ваш заслуженный боевой трофей, капитан! Вы меня только что победили, причём сами того и не подозревая...