Второе Пришествие Эпимете́я

— возмущенно парировала она. — Меня зовут Элайиас! Но если до тебя это так долго доходит... То можешь и дальше меня называть Джессикой! Но только не этой бульварно-технократической кличкой — “Джей-Эль-Эй-Джи”!

Девушка гордо вскинула голову, грациозно протянула к Герману руку и нежно потрепала его по щеке. 

— Хорошо, Джей!.. — миролюбиво согласился Герман, и тут же виновато поправился: — То есть, я хотел сказать Элайиас!

— Ну, вот и договорились, — девушка обвила шею Герма руками и подарила капитану “Персея” страстный и, главной, реальной живой (!) поцелуй.

— На борту посторонний! “Тревога”! Экипажу немедленно разобраться со сложившейся ситуации! — в тоже самое мгновение “взорвался” от негодования Суперком “Персея”.

— Надо же, наконец-то заметил?! — усмехнулся Герман и в сердцах обрушил свой кулак на панель управления электронным мозгом и бортнавигатором своего звездолета. — Вот видишь, милая, даже мой старый друг Суперком тебя все еще всерьез не воспринимает!.. А что ты мне прикажешь тогда объяснять ребятам из Координационного Центра ИАСА и генералу Громову? Что ты не робот, хотя таковым и числишься согласно судовым документам “Персея”?.

.

Звучная и притом полновесная, а не какая-то там — шуточно-невсамделишная, пощечина немедленно обрушилась на левую щеку Германа.

После чего девушка болезненно затрясла явно отбитой в процессе удара рукой в воздухе, обиженно фыркнула и, с ногами забравшись на свое “законное” место, демонстративно отвернулась от Германа.

— Ого, вот это у нас … темперамент! — раздосадовано пробурчал себе под нос Герман, растирая ладонью покрасневшую щеку, но при этом даже и не думая подставлять вторую.

— Если что, то с благополучно почившей на Серифе в бозе Джей-Эль-Эй-Джи все оно было гораздо проще... То есть, я просто хотел сказать, что Суперкому “Персея” не мешало бы кое-что объяснить и позволить познакомиться с тобой поближе... В разумных пределах, разумеется. Не-е-е-е? 

Герман украдкой бросил взгляд на накуксившуюся на него девушку и, к своему нескрываемому удовлетворению, поймал в уголках ее губ многообещающую капитану Леваневскому улыбку.

Может именно из-за этого … А, может, так просто совпало, но уже в следующее мгновение звездолет “Персей” судорожно, до зловещего треска шпангоутов и лонжеронов, вздрогнул всем своим корпусом и стремительно окутываясь пеленой из квазичастиц, устремился в распростертые объятия космоса.

Впереди его ждал ветрено-знойный и вызывающе неприветливый Марс.