Герцогиня для лорда

А заключительным для этого дня был преподаватель по истории и философии. Вот его я слушала с превеликим удовольствием.

Мистер Райен рассказывал столь увлекательно, что я не могла оторвать от него глаз. Он не просил меня что-то записывать, читать с учебников или отвечать на вопросы. Он просто наслаждался, передавая свои знания о прошлом и нынешнем этого мира. А записывала я, как могла уже сама. Он поведал мне о том, что более двадцати лет назад в нашей стране под названием Тайрит произошло восстание.

- Люди во всеуслышание требовали смену власти, пытались свергнуть короля, чем жестоко за это поплатились. В этот день было очень много жертв, из-за чего его прозвали Алым днем. Многие до сих пор теряются в догадках, что же сподвигло людей на столь необдуманный поступок, ведь правление тогда было не дурно.

Я бы об этом даже думать не стала. Если народу что-то не нравится, он до поры до времени терпит, а когда крышка начинает хлопать, лезет с кулаками. Либо по пьяни, либо по глупости.

Такое всегда было, есть и будет.

Слуга принес чай, и мы с учителем продолжили наслаждаться приятной беседой за вкусными кремовыми пирожными и горячим травяным напитком. Еда здесь вообще являлась отдельным видом искусства, ее вкус всегда отдавался волной наслаждения. Поначалу даже задумывалась, не подмешивают ли они в нее галлюциногенных грибов или экстракт ЛСД. Вот была бы неожиданность. Представляю, как отказываюсь от еды на неделю, переживаю тяжеленный отходняк, а после открываю глаза и вижу стены собственной квартиры и с полтинник пропущенных звонков от начальства, которое на самом деле не закрывало садик.

Так прошло четыре дня, и каждый новый был почти точной копией предыдущего. Кроме рассказов мистера Райена все остальное наводило на меня скуку. Инда в самом деле оказалась умелицей во всех творческих занятиях. Сколько во мне бушевало эмоций, когда я с легкостью выполнила порученную вышивку и нарисовала пейзаж, хоть ничего из этого не умела.

На уроках рисования была той еще ученицей, мои «художественные произведения» шли только на растопку костра. И это не лично мое мнение, а самое профессиональное. Но стоило взять в руки грифель, как они задвигались сами, словно каждый палец знал, как ему нужно лежать, а кисть, как двигаться, чтобы передать желаемый образ. А еще осознала, что у герцогини было необычайно зоркое зрение и отличная память.