Фея особого назначения

Игорь знал множество смешных историй, поднимающих настроение. Мое мнение о Проскурине улучшалось с каждым его новым рассказом и съеденным мной бутербродом, приготовленным им лично. А когда в моих руках закончилась пища из дома Игоря, случилось это…

К одному из стоящих возле универа домов подъехала машина Бельского. Задняя дверца автомобиля Дани открылась, и сразу не понравившаяся мне девица вылезла из автомобиля друга Проскурина. 

Сам Бельский в этот момент помогал выбраться темноволосой девочке лет восьми с приятным лицом и большими доверчивыми глазами.

Расфуфыренная блондинка, чья напряженная поза кричала о том, что ей не нравится долгое расставание Бельского с ребенком, тем не менее терпеливо ждала, пока эти двое наконец-то попрощаются.

Как только за девочкой и ее надсмотрщицей закрылась входная дверь подъезда, Бельский сел за руль и укатил в сторону студенческой платной парковки. 

Я ускорила шаг и поспешила скорее преодолеть опасный участок. Проскурин шел за мной, пока не взмолился:

– Алиса, не лети так! Генералов не достоин того, чтобы ради него потеть! Или ты из-за Бельского так ускорилась?

Я молчу.

Не хочу разговаривать о Дане. А вот Проскурин, наоборот, очень даже не против присесть ко мне на уши с рассказом о жизни своего лучшего друга.

– Знаешь, кого он сейчас подвозил? Юльку, бывшую свою. А ребенок не от Дани, это сестра Юльки, сводная по матери. Ее Машкой зовут. В смысле, не мать их, а ребенка, младшую дочку. Пока Даня с Юлькой встречались, Бельский очень хорошо общался с Машкой, так что я не удивлюсь, что и после расставания он не оборвал в ней контакты.

Так что не думай, будто Бельский решил снова крутить лямур с бывшей. В одну реку дважды не входят, а Юлька – не приз, ради которой нужно так рисковать. Она стерва еще та!

– Игорь! С чего ты решил, что мне вообще интересна эта тема? Я не имею на Бельского никаких видов и уж тем более планов. Он волен сам решать, с кем ему хочется проводить свое драгоценное время. Меня это не касается! – Мне потребовалась пауза, чтобы восполнить запасы воздуха.

Затем я продолжила: – Но говорить Бельскому о том, что мы его видели перед парой – не стоит! Иначе я расскажу Яне о твоем недуге. Мы договорились?

Игорь промычал нечто невнятное. Кажется, он согласился, но усомнился в наличии логики в моей голове. Я не стала его разубеждать. Мое хорошее настроение таяло прямо на глазах. До злосчастной пары оставалось всего восемь минут…

*

Генералов лютовал. Проскурин зевал.