Фея особого назначения

Даня с подозрением развернулся на стуле и принялся рассматривать разношерстную толпу голодных студентов, желающих подкрепиться перед очередной порцией новых знаний. Он пристально вглядывался в фигуры и лица тех, кто стоял в шумной очереди, пока не заметил, о ком говорила Бельскому Яна. Его глаза сузились, а заигравшие на скулах желваки не предвещали для не подозревающих о его злости лиц ничего хорошего…

*

– А других вариантов нет? – спросил Свят, когда мы отстояли длиннющую очередь в буфете и с трудом заняли свободный столик.

– Думаешь, я жажду лезть под землю и искать тех, кто может нам помочь? – выгнула бровь я и впилась зубами в мясо явной не первой прожарки. – Подземный город – не то место, где мы с тобой можем справиться своими силами. Парни оклемались?

– Да, и передавали тебе привет… Думаешь, ведьмак, который поставил те ловушки в квартире и ведьмак, что пришел к нам на помощь, одно и то же лицо?

– Сильно сомневаюсь. Какой смысл ему сначала пытаться нас угробить, а потом спасать? Чтобы в доверие втереться? На тебя выходили после того случая? И на меня нет.

– На твоей, Алиса, уж точно не на моей. Нас он спас за компанию, его главной целью была ты. Есть предположение, кто это?

– Ни одного стопроцентного, – честно призналась я волку, задумчиво разглядывая пришедшее на телефон сообщение. – Это может быть кто угодно. Проскурин, Звонарева, любой студент или преподаватель из универа.

– На Бельского не думаешь?

– Подозреваю.

– Не веришь в его внезапно вспыхнувшие чувства?

– Я боюсь им поддаться, – с удивлением, и в первую очередь для себя, сказала я, понимая, что это чистая правда. Все, пора съезжать от Бельского куда подальше! Ну нельзя мне с ним встречаться, нельзя!

– А вот он не боится, и клятвенно обещает мне оторвать то, что девушкам нравится во мне прежде всего, – ехидно улыбнулся Свят, указывая взглядом, что за спиной у меня находится нечто, заслуживающее особого моего внимания.

Я обернулась и замерла, не веря своим глазам. В дальнем углу зала сидел в пол-оборота Бельский и одним губами клятвенно обещал Святу, что женского внимания ему точно не видать, как своих детей. Заметив меня, Даня перестал «описывать» безрадостное будущее Волкова и одним словом пообещал сделать со мной то, что, видимо, он проделывает всякий в своих влажных ночных фантазиях.