Год Волчицы

Везде забавные мелочи – фигурные банки для круп и сахара, солонка в виде цыпленка, мыльница с утятами, шкафчики разрисованы цветами, на раковине притаилась озорная феечка-статуэтка…

- Ну? Как тебе?

- Очень симпатично! – улыбнулась я. – Наверное, хорошо тут жить!.. А откуда у тебя всё это?

- Ну… есть связи.

- Где?

- Учёного помнишь? Который с машиной для вещей?

- Да, конечно.

- Это мой дед!

- Как?!

Она с радостью рассказала. Видимо, у Марьям давно не было новых собеседников.

Если выполнить то, о чём никто не знает заранее, то Насмешник позволяет вернуться на свою планету.

Большинство уходит. А дедушка Марьям, Максим Петрович, решил остаться. Он попросил у Насмешника лабораторию в Его замке, и тот согласился. Там учёный и изобрел свой «материализатор воспоминаний», чем очень бога порадовал и стал с тех пор работать на Него.

Марьям узнала его сразу, потому что на Земле перед перемещением составляла родословное древо.

- Что-что ты составляла?

- Ну, я хотела узнать побольше о своих близких и дальних родственниках.

Расспрашивала родителей, рылась в семейных альбомах, даже отправляла запрос в деревню, где жили мои прадедушка и прабабушка…

- Хм… А зачем всё это? По-моему, это так скучно…

- Не скажи! Мне всегда хотелось знать свои корни. Да и потом, сейчас ещё можно что-то выяснить, а через пару поколений документы уже затеряются окончательно…

- И кому же это будет нужно? Ты думаешь, твои потомки тоже будут интересоваться своими корнями?

- Информация не бывает лишней.

- То есть в составлении этой самой родословной одни сплошные плюсы?

- Не совсем… Есть и некоторая опасность наткнуться случайно на страшные семейные тайны, например, внебрачных детей, убитых жен и прочее… И вряд ли ныне живущие родственники будут рады тому, что кто-то докопался до этого…

- В общем, меньше знаешь – крепче спишь, – подытожила я.

– Ну так что там дальше с твоим дедушкой?

Дед и внучка сразу же поладили. Теперь она частенько берёт вещи из дома, а иногда и из любимых магазинов.

- Погоди, здесь что-то не сходится! – воскликнула я.

– Он попал сюда в девятнадцать?

- Конечно.

- И как же он может быть твоим дедушкой, если он не вернулся?

- Девятнадцать – это ведь не девять. Они с бабушкой поженились сразу после школы. Может, для того сюда и попадают не в детстве, чтоб было, что терять.

- А почему он тогда не захотел вернуться домой, к семье?

- Я не спрашивала у него об этом. Но, наверное, как это обычно и бывает с учёными, он предпочел любви науку.