Право на одиночество

Вот почему так нужен Бог. Ведь других барьеров больше не существует. Только возможно ли ощутить благодать Господню, исходя из одной разумной целесообразности?… Вопрос».

Не все в жизни развивается по законам здравого смысла, а в моей и подавно. Катя засопела и пошевелилась, еще удобнее приспосабливая друг к другу выпуклости и впадины наших тел, сладко потянулась и открыла глаза.

-   Васильцев, ты спишь? – Почему-то она начала говорить шепотом.

-     Сплю.

-     Не спи...

-     Не капризничай!

-   Хочу капризничать.

    Не думать. Только действовать. Действовать «как все». Вот единственное, что могло еще как-то уравновесить мой разваливающийся мир. И мы любили друг друга, и я уже начинал в это верить. Жуткая темень иногдарецидивом всплывала в затылке, но пока Катя была рядом, мне удавалось загнать ее обратно.

Дальше был ужин, потому что мы оба вдруг  ужасно захотели есть. И эта моя женщина кормила своего кавалера с ложечки. Со своими извечными прибаутками она не давала мне пользоваться руками, тут же вываливаясь с дивана, как только я пытался отнять их от ее тела. Не давая мне сообразить, в чем дело, Катя  совала в мой рот ложку за ложкой: «За маму... За Катю...», – и, видя, как я пытаюсь возмутиться и выжать хоть какие-то звуки из набитого рта, она хохотала взахлеб, еще больше забавляясь от моих потуг удержаться от смеха.

Наступил вечер. Мы снова шли через Михайловский сад. Мелкий, почти неощутимый дождь переходил в морось, но моя дама настояла, чтобы открыть зонтик, и повисла вместе с ним у меня на руке. Мы двигались вдоль канала, набитого кряковыми утками. Катерина швыряла им припасенный загодя хлеб. И птицы бултыхались в воде, выдирая его друг у друга. Я тем временем бурчал, декламируя почти про себя: 

«Жизнь без начала и конца.

Нас всех подстерегает случай.

Над нами сумрак неминучий

И ясность Божьего лица...»

Что-то было завораживающее уже в самом названии этой блоковской поэмы.

-   «Но ты, художник, твердо веруй, – неожиданно продолжила девушка, – в начала и концы. Ты знай...»

-    Ни фига себе!

-    А ты что, совсем меня за дуру неотесанную держишь?

-    При чем тут глупость?

-    Опустим дуру.