Право на одиночество

Окончание ее фразы я уже не услышал. Все танцевали. Ольга плотно прижималась ко мне, и я начал терять ощущение реальности. Почти кошачьим чувством поймал на себе пристальный взгляд Любови Александровны – нашего ученого секретаря. «Смотрит и смотрит. Мне-то что». Голова Ольги прилегла на мое плечо. Мы молчали. Я перебирал глазами оставшуюся публику. Все были увлечены собой и, кажется, довольны – ритуал соблюден. И завтра мне можно отоспаться, и не идти с утра пораньше разбирать послепраздничный бардак и мыть посуду.

Мне это простят. И самое лучшее, что еще остается – опустить на эту сцену занавес.

Мы шли по улице. Подсвеченные ночным светом улицы. Аптека... Город похож на огромные рабочие соты. К тому же тепло, и нет дождя. Мы свалили с торжественного сборища всей гурьбой и двигались к метро, весело перебалтываясь друг с другом.

-Ты проводишь меня? – спросила Ольга так, чтобы слышно было только нам двоим.

-Я бы с удовольствием. Но еще твой муж по дороге попадется. Придется отношения выяснять.

Не дай Бог, до мордобоя дойдет. Куда я потом с фонарями, разве что подъезды освещать.

-    Ничего он не увидит, и выяснять не будет. Ладно, пока. – Она повернулась на каблуках и пошла в другую сторону, слегка кивнув ребятам головой.

«Только не надо смотреть ей в след! Но как же от этого удержаться?» – Ольга  отошла немного и, остановившись на освещенном месте, начала очень внимательно перебирать вещи в своей сумочке. Мне предоставили шанс. И я как всегда его не использовал.

Мы  двинулись дальше.

- Ну что, орава, айда ко мне, – скорее заявил, чем спросил Костик и сгреб девочек в охапку, – Рано еще на покой!

Таня с Мариной лепетали что-то про «совсем поздно», про маму с папой и дядей Петей, но уже пошли с ребятами. Павел присоединился. Только без меня. Новоиспеченному  кандидату хотелось одного – спать, или трех – спать, спать и спать.  Или, по крайней мере, идти вот просто так по этому большому городу, рассматривать мозаики ночных окон и не думать о том, что будет завтра.

Волны Леты захватили меня. Метро уже совсем рядом. А там- только  войти в его мясорубку – и уже дома.Благодать! 

-  Ну что, дарагой, – дернула меня за рукав Катерина, благоухая вином, табаком и духами, –  если ты нашу светскую львицу отшил - мне тут и вовсе делать нечего... Смотри, совсем внимание обращать перестану.

Мне осталосьтолько неопределенно улыбнуться в ответ. Похоже, мой вид говорил сам за себя.