Лабиринт №7

Мужчины разместились напротив друг друга и молчали, пока секретарша вносила поднос и сервировала стол. Сергей бросил кусочек сахара в свою чашку, помешал содержимое, позвякивая ложечкой о фарфор, и сделал пару глотков, отметив миндальный привкус напитка. Гость пригубил свою чашку и вернул ее на поднос.

Я за бумагами.Они готовы. Хозяин кабинета вынул из сейфа и передал ему объемистый пакет. Тот встал и достал из кармана мобильник.

Материал получен, – сказал. – Да.. Да.. Так точно... Вам позвонят. – Это Сергею.

– Разрешите повесить трубку. – Повернулся на каблуках и вышел из помещения.Остается только ждать, – устало сказал государственный служащий и прикрыл глаза. И тут ему стало душно. Затошнило. Рубашка прилипла к телу.С чего бы? - подумал он вяло. – Я и не ел ничего почти на этом хрéновом фуршете. Надо бы освежиться.

Он прошел приемную, стараясь не глядеть в сторону секретарши, добрел до сортира, запер дверь и упал, ударившись головой о край унитаза. И не боль, а тяжесть выдавила сознание, обратив мир в пустоту.

 

Это я умер, – констатировал Сергей, глядя на себя со стороны. – Любопытно... Собственно, а зачем мне тело? Дурацкий вопрос – чтобы действовать. А действовать зачем? Чтобы чувствовать. «Чувствую – стало быть существую», – так кажется. А существовать? – И ему отчаянно захотелось стереть зеленоватую пену, облепившую губы.Кончай разглагольствовать! Ты же умер! – сказал внутренний голос. – Пошли отсюда.А как же я?Так я и говорю – пойдем!А я?Тело пусть здесь полежит. Этому миру оно без надобности.

Но я хочу проводить его! И еще эта пена...Это зря! Впрочем, как знаешь.Сергей больше не прислушивался к текучке мыслей. Уселся рядом с самим собой и некоторое время наблюдал, как меняются оттенки серого вокруг приоткрытых глаз покойника, а пена превращается в жижу и медленно затекает к  впадинке возле уха.

  Прошло несколько часов. Время его не интересовало. Он ждал.

«И черт же меня понес в эти игры, – размышлял убиенный. – Сидел бы себе на кафедре ординарным профессором и слыл выдающимся специалистом, получал перспективные гранты и крапал статейки в толстые журналы, подкармливался с экзаменов и тешил душу с подобострастными старшекурсницами.

Уважаемый человек – одно слово! Глядишь, и в проректоры бы пробился, а там... А там и до пенсии дотянул. Так нет же – размах потребовался..». Всплыл разговор с недавнего фуршета:

Послушай, – говорил он тогда, – ведь мы стоим так близко. Вокруг все просто воняет деньгами.