Лабиринт №7

Речь, видимо, идет о другой России, – перебил его Андрей. – В которую мы с тобой не попадем никогда. – Он нарочито акцентировал последнее слово. И Сергей, вспомнив свой вояж в чиновный облик, внутренне с ним согласился, но все таки высказался:Чем больше я узнаю жизнь, тем четче понимаю, как много в ней не для меня. Но с этим приходится мириться.Это схоластика!Знаешь, и в грандиозные времена на свете живут маленькие люди.Более того, их подавляющее большинство. Да только нам-то до этого какое дело? Ты плохо читал Ремарка, дружок.

– Продолжил Андрей. – Человеческие отношения, перенесенные в другую социальную среду, часто оказываются вывернутыми наизнанку. А людьми  все равно кто-то должен кукловодить.То есть, стараясь не стать марионеткой Бога, они неминуемо становятся марионетками дьявола.Политики, друг мой, всего лишь политики. И не так явно.А как?А им просто свойственно все выворачивать наизнанку. И в результате. Заметь, я подчеркиваю, в результате  Нагорная проповедь оборачивается «Mallus Maleficarum». – Закончив говорить, он молчал еще некоторое время, будто думал о чем-то другом.

Прощальная вечеринка завершена. Последние гости разбрелись по своим каморкам. Их лица еще сохраняли выражение виноватого уныния. 

Срок истекал.

–  Всему свой черед, – проговорил Иоган и всхлипнул. – Отчего же так быстро? Я не ропщу! Мне дали столько, что хватило бы на десятерых. И все же... Отчего я чувствую себя обманутым? – Он огляделся по сторонам и выдохнул.

– О, Господи, спаси мою душу!

Двенадцать минуло.

Порыв ветра распахнул ставни и разом задул все свечи. Из  ночной пустоты потек ледяной воздух, заволакивая помещение пластами тумана.

Ты здесь, я знаю, ты здесь, – выговорил Иоган немеющими губами.К Вашим услугам! – рявкнул посетитель.Позволь еще одно...Я бы позволил, – раздался другой – ехидный голос из угла комнаты, – да начальство не велело.И следующий жуткий по силе порыв ветра швырнул просителя прочь сквозь оконную решетку, разметав куски мяса по навозной куче.

Рев и визг слышали все постояльцы. Но до рассвета никто не решался высунуться за дверь. И третий раз пропел петух.Лишь тогда верный Вагнер приотворил дверь наставника. Помешкал на пороге и все-таки заглянул внутрь. Волосы его встали дыбом.

Кровь на стенах уже побурела, оттенив желтые, жирные пятна расплескавшихся мозгов.