Лабиринт №7

– Как ничего? – Сергей потерял счет времени. Боль сжалась в комок и ушла в затылок.Ладно, уходим... – слова проступают как сквозь целлофан. – А с этим что?Пусть его. Сначала амулет. Уходим! – голос старшего. И тишина.Сергей расслабился. Потерял сознание снова.

Открыв глаза, он обнаружил потолок с люстрой чешского хрусталя. Повернул голову и зажмурился от резкой боли в затылке. Снова открыл глаза и увидел разбитую банку и лужу воды. В ней аквариумной рыбкой трепетала вставная челюсть. Рядом из пола торчал амулет.

Чуть дальше громоздилась кровать. Возле ее ножек обрисовывались скопления пыли, старые шлепанцы, авторучка, ссохшийся как мумия огрызок яблока и совсем уже возле стенки листок бумаги формата А4. 

–   Вот и пропажа нашлась! – обрадовался Сергей. Закряхтел. Поднялся и выудил находку из-под кровати. «Федот, да не тот», – отпечаталось в мозгах. Письмо, действительно, было другим – коротенькое, распечатанное на бумаге с желтоватым оттенком.

«Здравствуй, Сережа.

Перечитала твои последние строчки, и, кажется,  я что-то не то написала, и, сама того не желая, скомкала ощущение наших встреч. Ничем не хотела тебя обидеть, обескуражить или надавить (именно последнее мне больше всего не нравится). 

Сергей, послушай, мне от тебя ничего не надо. Мой материальный статус не из худших, а на большее я смогу заработать сама, если захочу. Мне есть с кем общаться. И это достойные люди. И с ними не скучно. Да и для плотских утех в городе Е. выбор в наличии.

И даже можно совместить. Дело не в этом. Просто я верю, что жить и любить надо только с полуслова и полу-взгляда, верю в общение на кончиках пальцев. Только не всем это дано, к сожалению, и, вероятно, мне тоже. Хотя меньшее просто уже не нужно. И мне кажется, что ты меня понимаешь. Поэтому веду себя как есть. И если что-то не так, не молчи.

И еще хотела сказать: когда я одно время пыталась импровизировать на тему "люблю – шучу" – это была просто защита от внешнего вмешательства.

Ты –  осторожный, а я еще больше. Моя колкость (тоже защита) при общении с тобой постепенно улетучивается, и мне это нравится.

Пока. 

Не печалься.

Один раз только видела твои печальные глаза, а расцеловать их, чтобы улыбнулись, тогда не догадалась.

Прости.

Твоя М.».

Письмо было подписано «М» – Машенька. Может быть: «Да». Но скорее всего: «Нет». И стиль, и дух изложения был совсем не тот, что в предыдущих посланиях. Или последующих...