Лабиринт №7

Женщина  раздевалась, чтобы принять душ, и вдруг объявила, что на самом деле она – его мать, и даже не мать, а отец, сняла с головы длинные волосы, оказавшиеся париком, и обнажила мозг. Лучики солнца играли на его извилинах как на елочной игрушке в новогоднюю ночь. И что-то очень важное показалось на мгновение в этих переливах. И тут же растаяло.

 Тело между тем вынуло из-за спины и протянуло ему желтый листок обычного формата.

Что это? – прошептал спящий.Это карта! – ответило существо.Но на ней ничего нет!И не надо.

Это карта судьбы. Ты увидишь ее, когда будешь знать, где находишься. И куда держать путь. И помни о ключе...Каком ключе? – хотел было спросить Сергей, но уже проснулся.

Разговор с Анной вышел до ужаса коротким. Когда Сергей шел к ней, надеялся зацепиться, остаться, попытаться объяснить хоть что-то, сделать ее частью своего существования. Ему все еще хотелось быть с этой женщиной. Он поднялся в квартиру. Но так и остался стоять в коридоре. Снял ботинки, начал расстегивать куртку.

 И замер, поймав отчуждение во взгляде хозяйки.

  Извини... – сказал он, подумав. – Я... Да что там. В общем, меня уволили. И было за что?Всегда можно найти...Если бы она задала ему еще хоть один вопрос, он сдался бы и заговорил на чистоту. Но она молчала. И поэтому Сергей продолжил, чтобы лишить себя возможности вернуться.

Похоже, ты стала ко мне привыкать, – выговорил он, растягивая слова. –  Наверно, мне стоит исчезнуть на какое-то время.На какое-то время – это навсегда? – она провела пальцем по оправе очков.

Вовсе нет!Значит, ты решил меня бросить, – сказала Анна и отвернулась.Да нет же! – Сергей уже собрался было извиняться, и не успел ничего сказать.Хорошо, если ты так хочешь, я подожду какое-то время. Но исходя из собственного хронографа... Ты не находишь, что тебе стоит теперь уйти, – она говорила ровно и гладко. Было видно, что все фразы давно выверены в ее голове.Да! – согласился он, быстро обулся, застегнул куртку и притворил за собой дверь.

«В юности, – вспомнил автор, – когда я сам переживал перипетии первой любви, дама моего сердца была столь обворожительна, что уже с первых наших встреч я начал фантазировать на тему, как она, уходит от меня, а я, делая гордое лицо, бросаю ей безразличные фразы о том, как сам давно этого хотел. Когда же все это случилось на самом деле, сделать гордое лицо не вышло. Губы дрожали. Потом я фантазировал, как совершаю безумный героический поступок и умираю.