Лабиринт №7

Все было также как раньше. И не так. 

–   Старые связи, значит, господин Антиквар, – выговорил он, наконец. – Что ж, впредь буду осторожней.

Он решил больше не думать на эту тему. В тот день – первый на работе после долгого перерыва – он и без того очень устал. И к тому же отлично понимал, что новости и так не заставят себя долго ждать.

Жизнь – это не игра. А, значит, давайте поиграем в жизнь!

На службе с утра были похороны. Преставился главный бухгалтер. Блестящий, надо сказать, специалист.

Чистюля и умница. Поговаривали, правда, что он суицидник. И что всему виной эта самая его любовь к порядку. 

Семьи у мужчины не было, друзей не имел. Собирал марки из мелкого тщеславия. Но никому коллекцию не показывал. И никого к себе не пускал. Однако некто где-то краем уха слышал, что существование предметов в его жилище строго регламентировано. И уж если вещь для чего-то предназначена, то...

И получил главбух дядюшкино наследство, а вместе с ним изрядный охотничий арсенал.

 Дальше по Чехову...  Так что хоронили в закрытом гробу. Из родных и близких никто не пришел. И речи звучали: рачительный... исполнительный... пунктуальный... Образцово-показательный труп.

Ритуал завершался на удивление быстро. Кладбищенские мужики споро опустили гроб в яму. Толпа подалась вперед, распаковывая венки. Серое небо стало еще серее, а Сергея охватила апатия, вязкая словно кисель на поминках. Все в этом мире выглядело таким же наигранно-искусственным как пластиковые цветы, перевязанные лентами от «коллег по работе» или тушка летучей мыши, распятая на кресте одной из соседних могил.

Потом бросали в яму комья мерзлой земли и пили за помин души, плавно перейдя от дел житейских к научно-производственным взаимоотношениям.

... найти такую парадигму трудно, если не невозможно, – зафиксировал Сергей слова престарелого профессора-консультанта и начал прислушиваться. –  Вследствие малости постоянной Планка мир, который мы видим, в основном подчиняется законам ньютоновской механики.

Частицы есть частицы, волны есть волны, и предметы не исчезают внезапно, чтобы появиться по ту сторону сплошной стены. Квантовые эффекты проявляются лишь на субатомном уровне, – он остановился, откашлялся, вытащил из кармана пачку дешевых сигарет и сунул ее обратно. – И все же найти парадигму не невозможно. Ньютоновская физика – не машина. Просто она обладает некоторыми признаками машины.