Шанталь, или Корона против. Часть первая

Толстячок был тем, кто встретил его в порту и кто коротко доложил об успехах:

- Не волнуйтесь, разместили по первому классу. И мага надежного нашли, не болтливого.

В глазах агента, назвавшегося дэр Шковальни, горел служебный энтузиазм, и Леон постарался сдержаться. По сути ничего страшного не произошло. Не маг, так кто-нибудь из его окружения не сдержится и проболтается о визите дарьеты.

- И вот еще. Мелочь, но вдруг это важно. Вы просили вмешиваться только при угрозе жизни, но девушка и сама справилась. Так пнула воришку – любо дорого смотреть было.

- Какого воришку? – медленно спросил Леон, начиная подозревать худшее.

- Понимаете, лошадь понесла, суматоха, этим он и воспользовался. Но ваша невеста – девушка храбрая, не испугалась, - тихим голосом закончил агент и, глядя на перекосившееся лицо Леона, уточнил: - Что-то не так?

Все было не так, но агент не был в курсе деталей операции, так что винить его было не в чем.

- Как она справилась с взрослым мужчиной?

- Да, какой там мужчина! – зашелся коротким смехом дэр Шковальни, покусывая усы.

- Мальчишка. Пацан. Здесь много таких по улицам шляется. После революции сирот девать было некуда, только недавно ими занялись, но всех не переловишь. Да и сбегают они. Эй, вы куда? - крикнул он в спину Леона, который внезапно сорвался с места, вылетел на улицу и уже тормозил экипаж.

- Да подождите же, - пропыхтел агент, вваливаясь в уже тронувшийся с места экипаж,- куда торопиться? В пансионе ваша невеста, как вчера зашла, так сегодня не выходила.

Но Леон лишь мотнул головой, не собираясь вдаваться в подробности и объяснять, откуда у него предчувствие, что Шанталь в пансионе нет.

- И как такое возможно, что запоры на месте, никто ничего не слышал, а девушки нет? – спросил он как можно безразличнее, но ирония все же прорезалась в голосе. Дэр Шковальни нахмурился, а его помощник из местных, который все время старался держаться от Леона подальше, словно тот отрезал ему что-то важное, шумно задвигал носом и предложил всем повторить это безобразие.

Леон скрипнул зубами и хотел было уже указать Шковальни на недостойное поведение его подчиненного, как парень, чуть не плача от недоверия, практически выкрикнул:

- Лавастра! Неужели не чувствуете? Пахнет же.

Леон переглянулся с Шковальни и принюхался. В обычный гостиничный запах действительно вплетался сладкий травяной аромат.

- Лавастра, - подтвердил Шковальни, шумно выдыхая в усы и едва сдерживая зевок: - Вот засранцы.