Шанталь, или Корона против. Часть первая

Словом, из двух зол я выбрала пансион. Но отвратительный вечер только начинал шутить со мной.

- Привет, красавица! Покатаемся?

В один момент я оказалась зажатой с двух сторон мужчинами, третий запрыгнул на козлы, и я заметила, как золотом блеснула монета, исчезая в руке извозчика. Ужасная страна, где продаются все: от извозчика до портового служащего.

В руках возницы волной изогнулись поводья.

- А ну пошла! - гаркнул он, и лошадь, всхрапнув, мигом растеряла сонливость, перейдя на бодрую рысь.

- Тихо, не дергайся.

Пистолетом сегодня мне угрожали, а вот ножом в бок – нет. Моя жизнь прямо наполнена сюрпризами, одно «привлекательнее» другого. Сарказм в мыслях – это от негодования, потому как один из запрыгнувших в коляску мужчин оказался тем самым фраканецем, с которым я уже имела сегодня беседу, и который не понял отказа или сделал вид, что не понял.

- Вы не имеете права, я – иностранная подданная, дарьета, и никуда с вами кататься не поеду, - от злости мой имперский акцент прорезался сильнее, и фраканский вышел шипящим от возмущения.

- Дарьета, ха!

И все трое разразились обидным гоготом.

- Ты себя видела, дарьета? Я за тобой час как наблюдаю и не засек, чтобы рядом с тобой была дуэнья. Вот скажи, разве дарьеты ходят в такое время одни?

Я могла бы ответить, что ходят, что традиция мамки ушла в прошлое, что в век просвещения и прогресса женщина не обязана быть привязана к дому глупыми правилами, да и не поздно еще, закат, но промолчала… Стоит ли доказывать что-то человеку с ножом в руке?

- Вот ты и сама понимаешь, что дорогое платье, которое ты, скорее всего, украла, и нежная кожа на руках – еще ничего не доказывают, - обрадовался моему молчанию мужчина.

- Я украла?! – с искренним возмущением я повернулась к нему, чтобы тут же зашипеть от боли – лезвие разрезало платье, пройдясь по коже.

- Тихо ты! Вот дурная, - ругнулся фраканец. Он явно здесь был главным, и точно не простым горожанином!

- Держи, - протянул платок и, предупреждая мое брезгливое «Нет», сказал: - Не бойся, чистый.

Платок я прижала к боку. Царапина, и больше обидная, чем болезненная.

- Предупреждаю последний раз. Если сейчас не отпустите, у вас будут, - я подчеркнула, - огромные проблемы с законом. Мой жених…

- Ага, жених, отец, дядя, - закивал фраканец, - все вы так говорите, а потом оказывается, что никто даже в розыск не подал.