Врата сумрака.

Слегка согнувшись, но почти в то же мгновение выпрямился, сжимая кулаки и его лицо не предвещало ничего хорошего, если бы в тот момент в комнате не оказался его Наставник и не успел встать между ними, не позволяя продолжить потасовку, рядом с ним был и Глен.

-Знай свое место! - прикрикнул он на своего воспитанника.

Тот сразу же сник и, так не произнеся ни единого звука, предпочел немедленно покинуть комнату. Между тем, Фарн переключил внимание на принца.

-А вам, ваше Высочество, не пристало так себя вести, столь неподобающе вашему положению образом.

-Лучше бы так резво на тренировке кулаками махали, - поддержал его наставник юного наследника.

Тот пристыженно опустил глаза и пробурчал под нос невнятные извинения. Айрис, все это время молча наблюдавшая за всем происходящим, смерила его гневным взглядом, вышла следом за Рэмом. Стараясь успокоиться, она вышла во внешнюю галерею замка и там нашла своего неожиданного защитника. Он стоял у одного из проемов и смотрел куда-то вдаль, словно о чем-то задумавшись.

Подойдя к нему, она увидела, что с уголка рта у него стекает капля крови. Достав свой платок, она прижала его к его разбитой губе:

-Надо же, никак не ожидала от тебя такой прыти! Похоже, у меня появился герой-защитник без страха и упрека!

Тут он пристально посмотрел ей в глаза, и она увидела в его взгляде смесь страха и невероятной боли. От этого у нее все внутри сжалось. На минуту ей показалось, что принц нанес тому куда как больше вреда, чем казалось.

-Ты в порядке? - произнесла она с беспокойством.

Рэм опустил глаза и отстранился от нее.

-Да, простите, - прошептал он и зашагал прочь, ни разу не обернувшись, пока не скрылся из глаз, покинув галерею.

Весь тот день он бесцельно бродил по городку, погруженный в горестные раздумья. Когда наступил поздний вечер, он, вопреки обычному, отправился не в замок, а в дом придворного алхимика, в котором после того, как познакомился с наследником девятого правящего дома, не жил много лет, посещая особняк лишь изредка, находясь неотлучно при своем господине и друге.

Именно эта мысль теперь жгла его изнутри, словно раскаленный металл. Он не мог объяснить даже самому себе, как посмел поднять на него руку.

В особняке, несмотря на поздний час, были только слуги Ферна. Сам он еще не вернулся из замка. Произнеся что-то неопределенное на удивленные расспросы по поводу его внезапного прихода и отказавшись от предложенного ужина, он поспешил в свою комнату. В ней все было точно также, как когда он покинул ее.