Врата сумрака.

Фермер промолчал, облокотившись на перила крыльца, он, выпустив из своей трубки несколько облачков синеватого едкого дыма, задумчиво посмотрел на играющих, словно маленькие дети, Лена и Айрис, со смехом бросавшие друг в друга охапки желтых сухих листьев. Они вдвоем вызвались убрать листву из сада, но, похоже, их стараниями там теперь творился еще больший хаос, чем до их вмешательства. Не отводя от них глаз, пожилой фермер снова заговорил:

-Надо же, он все-таки научил ее снова смеяться, кто бы мог подумать.

Ник прервал свое занятие и вопросительно посмотрел на старика. 

-Смеяться?!

-Да. Когда мы приехали сюда, она больше года совсем не разговаривала и до самого вашего появления совсем не смеялась, даже улыбалась крайне редко. 

-Похоже, в ее жизни большая трагедия произошла!

-Это точно, то, что не каждому-то взрослому пришлось когда-либо пережить, а уж тем более малышке, какой она тогда была. 

-И что же случилось? Ну, если это не секрет, конечно.

-Ее родители оставили ее одну на этом свете, не по своей воле, само собой, вот только легче от этого точно не становится, совсем, а особенно ей.

Она привязалась к вам, сам не знаю отчего. Она ведь все время сторонилась людей, всех, даже своих сверстников, никогда ни с кем не заводила ни знакомства, ни дружбы, словно боялась снова потерять. Единственному, к кому она позволила себе привязаться, был Крэч. 

-Кто это?

-Тот орел, который, по твоим словам, привел вас к нашему порогу.

Она нашла его еле живого несколько лет назад. Раны его были ужасны, похоже, в битве с другими орлами их получил, ведь величиной он намного меньше своих собратьев. Но даже тогда он никого к себе не подпускал, только ее. Она выходила его. По сути, именно на нем она и отточила свои навыки врачевания, которые так пригодились, когда она спасала твоего друга.

Он снова замолчал, а потом, словно, наконец, что-то окончательно для себя решив, снова заговорил:

-Вы оба могли бы и остаться.

Ник отложил ботинок и молоток и поднялся на ноги.

-Мне казалось, вы не очень-то рады чужакам.

-Ну, даже боги, порой, меняют свои решения, а уже человек и подавно. Я не хочу, чтобы она снова страдала, да и к тому же, не придется объяснять любопытным селянам, куда это мой сын с другом исчезли.

Закончил он полушутливым тоном и, хлопнув Ника по плечу, вернулся в дом, оставив того на крыльце одного в раздумьях. А подумать ему было о чем.