Настоящая румба

В тот день, когда я разговаривал со  старухой, он был с отрядом Эрнесто... может, они тоже кого-то встретили, не знаю. Но с тех пор он изменился. Стал... более циничным, что ли.Более жестоким. И всегда действует только в интересах Кубы и революции, "личное —  ничто  перед главным" — его любимая фраза. Что ж, я не могу его винить... К тому же, теперь уже все равно ничего не поделаешь. Прошлого не изменить, — он помолчал, потом осторожно коснулся ее руки. —  Скажи, что я могу сделать для тебя сейчас, моя колдунья?

Она усмехнулась.

— Может, отпустить с миром?

Он удивленно покосился на нее и пожал плечами.

— Ты свободна. Это твое судно, ты вольна плыть на нем, куда хочешь, никто не посмеет задерживать. Но знай, что и Остров всегда открыт для тебя.

Марита вздохнула. Смешно, повторил  почти слово в слово те слова, с которых начался их роман. Когда это было? Кажется, сотню лет назад.

***

— Вы уже закончили осмотр? — отец гневно сверкал глазами и стискивал зубы, с трудом удерживаясь от брани.

 

— Нет, — высокий затянутый в военную форму бородач остановился возле него и ухмыльнулся. — Мы только начали, судно подлежит полному досмотру, капитан. Время сейчас неспокойное, сами понимаете.

— Я... — отец набрал в грудь побольше воздуха, — вынужден выразить... выражаю протест! Мы теряем время! А ваши люди ведут себя бестактно и грубо!

— Что поделать, — верзила откровенно насмехался, — это простые парни,  и манеры у них не очень. Кстати, вы бы вашу девушку увели в каюту, от греха.

 

Отец дернул щекой.

— Это дочь! Марита, спустись вниз, прошу тебя.

На самом деле он просил ее уже третий раз, но она боялась оставить его одного. Ей почему-то казалось, что в присутствии дочери военные  не посмеют причинить старику вред. Глупо, она сама понимала, глупо — этим головорезам было явно плевать сантименты. И все-таки старалась держаться возле отца.

— Дочь?  — Бородач перевел на нее взгляд и вдруг изменился в лице. — Прошу прощения, капитан.

Прошу прощения, сеньорита. Это в корне меняет дело. Капитанская дочь, разумеется, имеет полное право находиться на палубе и следить за досмотром своего корабля. Впрочем, мы уже почти закончили. — Он сверкнул белозубой улыбкой и неожиданно показался ей совсем не страшным... даже  почти симпатичным.

— Простите, я не представился,  — шагнул вперед, протягивая ей  руку. — Команданте Кастро, для друзей — просто Фидель. Да, тот самый. Поступили сведения....